— Какие же? Помимо его чрезмерной принципиальности, разумеется. — Богиня приподняла брови. — Если он боится, что за измену жене бог Света выгонит его из Посвященных — то нет, даже этот хмырь не настолько напыщенный придурок! Максимум, не так охотно будет откликаться на призывы, но без помощи точно не оставит. Думаешь, из высокоранговых адептов Света никто женам не изменяет? Ха! Держи карман шире.

— Мишель сам так не может, — покачал головой я. — Но дело даже не в этом. Ты сама сказала — бог Света не так охотно будет откликаться на его призывы. А мы сейчас находимся на пороге деликатнейшей операции. Фактически, происходит попытка захвата королевства Хемпстедов синдикатом «Ивовая ветвь»! Тут каждая унция магической поддержки на счету — а Мишель может лишиться части своего благословения! Да и отвлекаться будет на мысли о своей семейной ситуации — тоже никуда не годится.

— Постой-постой! — Любовь села в кресле ровнее. — Что значит, захвата королевства? Ты о чем?

— Сама подумай, — терпеливо сказал я. — «Ивовая ветвь» создала плацдарм в королевстве. Угрожает монополией Хемпстедов на разработку недр Даринского хребта — а именно на этом, насколько я понимаю, держится их власть над этим миром! По крайней мере, над его человеческим населением. Плюс синдикат явно готовит дворцовый переворот. По-моему, это попытка захвата всего мира… Скажи, если им удастся их план, кто будет здесь командовать — ты, или богиня Любви из мира Синдикатов?

Кажется, мой удар попал в цель. Выражение лица Любви из расслабленно-холодноватого сделалось уязвленным, взгляд — цепким.

— Я… но мне придется прислушиваться к ее «рекомендациям», — выплюнула Любовь. — Плюс это огромный урон для репутации! Это свежая мысль, мне нужно ее обдумать.

Она напряженно постучала длинным указательным пальцем по подлокотнику кресла, лицо сделалось отрешенно-расчетливым.

— Кэзир Фирион, человек, сделавший Мириэль рабыней, был адептом своей богини Любви, — подлил я масла в огонь. — Возможно, она поддерживает эту попытку захвата?

— Не напрямую, это запрещено, — сухо откликнулась Любовь. — Хотя от этой сучки крашеной всего можно ожидать, конечно… Так. Если это попытка захвата мира, а твой Мишель — ключевая фигура… Тогда, конечно… Но… скажем так, если факт этого брака всплывет…

— Брак должен быть тайным, разумеется, — тут же согласился я. — Я — это курьез, человек из другого мира, да и жёны мои… скажем так, очень нестандартные. А вот Мишель — свой парень для местной элиты. И если окажется, что ему тоже боги разрешили двойной брак, вы не отобьетесь от попыток переписать местный моногамный культурный код.