— Какое сильное проклятье. — Кицунэ с озабоченным видом провела по спине приручителя. — Вы столкнулись с очень могущественным ведуном. Не знала, что такой служит Якубу.

— Мне от этого не сильно легче. — Юноша готов был отдать что угодно, лишь бы вращающийся мир остановился. — В голове будто йог отплясывает на раскаленных гвоздях.

— Очень интересное сравнение, — раздался хорошо знакомый торжествующий голос. Артуру не нужно было смотреть на Хетем, чтобы знать, что у той сейчас очень довольное лицо. — Я нашла тебе шлюху.

— Это не слишком вежливо. — Юноша с опаской убрал лицо от подушки. К счастью, гречка с мясом оказалась вне пределов досягаемости растревоженного нюха.

Артур посмотрел на застывшую изваянием девушку. Из-за испуганного выражения молодого лица и девичьего хвостика гостью можно было бы принять за ребенка, но только в том случае, если ни за что и никогда не опускать взгляд ниже.

Не считая цветочного браслета на лодыжке, она не носила ничего, что прикрывало бы ее ниже середины бедра. Короткая юбка изумрудно-зеленого цвета. Кожаный пояс-корсет, сдавливающий талию, делал фигуру «шлюхи» похожей на песочные часы. Нагрудная повязка, что подчеркивала достаточно крупную для тонкой фигуры девушки грудь. Простой, очень откровенный и очень «не по погоде» наряд. Да еще и четыре полупрозрачных сиреневых крыла, что сейчас, опущенные вниз и доставая фее почти до колен, слегка дрожали.

— Это путана? — Артур вспомнил продажных женщин в ресторане, где они с каддэями были после «отмывания» денег в банке. Там он отлично понимал, какую роль играют официантки. Слишком глубокие вырезы. Слишком откровенные взгляды и движения. А тут… Казалось, что фея занимала совершенно не то место, которое ей полагалось.

— Я нашла ее в борделе, кем найденная там фея еще может быть? — Феникс толкнула фею в спину, заставив приблизиться к кровати. — Просто возьми ее и перестань нас мучить своими стонами.

Юноша с еще большим сомнением посмотрел на девушку. Вблизи он заметил, что у феи тонкая, фарфоровая кожа, иногда настолько прозрачная, что было видно тонкие венки на запястьях и неистово бьющуюся артерию под челюстью. Казалось, тронешь такую, и она мгновенно покроется синяками. А уж взглянув фее в глаза Артур и вовсе оторопел — лучистые, солнечно-медовые глаза смотрели одновременно и на него, и куда-то сквозь него.

— Она что-нибудь сказала? — Артуру становилось все более неуютно. Он начинал чувствовать себя каким-то моральным уродом, и под взглядом медовых глаз неприятное ощущение все усиливалось.

— Нет, да какая разница? — равнодушно отозвалась Хетем. — Можно подумать, тебе с ней разговаривать. Просто…