Его грудь, упирающаяся в мою спину, вздымается от тяжёлого дыхания.

— Что это за игры? — с раздражением рычит он. — Ты меня заводишь, демонстрируешь, что хочешь, я ведусь, а потом почему-то стоп?

Спиной чувствую, исходящие от него волны злости.

— Это тупо, Лика. Чего ты добиваешься? Думаешь, если дразнить и не давать, то сделаешь из меня этим послушного щеночка?

— Нет…

В крови — дикий коктейль паники и острого возбуждения. Думать сейчас я просто не способна.

— Можно я пойду в свою комнату? — голос дрожит и звучит жалко.

Стас шумно вздыхает.

Секунда — и я больше не чувствую давления его тела.

Холодный воздух касается поясницы. И от этого снова бросает в дрожь.

— Иди! — охрипший голос Стаса звучит грубо и резко.

Срываюсь с места. Дергаю вверх спущенные до середины бёдер джинсы и, не оборачиваясь, пускаюсь бежать.

Недалеко.

Моя спальня ведь прямо рядом с детской.

Прячусь в ней. Захлопываю за собой дверь и приваливаюсь к ней спиной.

Меня трясёт от пережитых эмоций.

Стою так какое-то время. Боюсь, что Стас попытается войти. А может, надеюсь на это…

Кожа горит от его прикосновений. Распухшие губы дрожат. И между бёдер всё ещё пульсирует.

Мне очень хочется, чтобы Стас унял этот голод. Хочется кинуться к нему в объятия. Но это невозможно.

Я не та, кого он хочет. Я обманываю его. И если позволю чему-то между нами случиться — тут же выдам себя с головой.

Все эти чувства так ошеломляют!

Поняв, что никто не собирается ломиться в мою комнату и принуждать меня к чему-либо, сползаю по стене вниз.

Обхватываю голову руками. Утыкаюсь лбом в колени.

Что это за сумасшествие?

Офигеть…

Впервые собственное тело кажется мне врагом, играющим против меня.

Я приехала в этот дом, спасаясь от проблем, которые не в состоянии решить. Но, кажется, загнала себя ещё дальше в угол…

И что теперь делать? Может, нужно бежать, пока не поздно? Вот только куда?

Засыпаю далеко не сразу, несмотря на скопившуюся за день усталость. Поцелуй Стаса обнулил её. В кровь будто впрыснули допинг.

Я ворочаюсь в кровати без сна. А потом, когда все-таки засыпаю, мне снятся сны о том, как жесткие мужские губы снова меня целуют, доводя до исступления…

Утром чувствую себя больной какой-то очень опасной болезнью. Имя этого недуга — Стас.

Он не уходит из головы ни на минуту. А как только я что-нибудь подумаю о нём — тело реагирует жаром в груди и внизу живота.

Анечка прибегает пожелать мне доброго утра.

Обнимаю её, и становится немного легче. Чистые детские эмоции немного прочищают голову. Позволяют отвлечься. Я болтаю с малышкой, заплетая ей волосы. А затем мы вместе спускаемся завтракать.