А я… не хочу его терять. Не понимаю, как могла успеть влюбиться так быстро…

Стас усаживает меня в машину на заднее сиденье, и сам садится рядом. Нас везет водитель, и говорить о чем-то личном в его присутствии кажется неудобным.

Я молчу всю дорогу, продолжая находиться под впечатлением от того, что только что испытало мое тело, а Стас… не оставляет мне и шанса прийти в себя. Его руки прописались у меня на коленках. Всю дорогу они сжимают меня, гладят и норовят забраться под юбку…

Чувствую, как горячие сильные пальцы медленно скользят по коже бедра над резинкой чулков, и дыхание начинает сбиваться.

Господи, я будто алкоголик, который никогда не трезвеет! Стас не дает мне отойти от того, как действует на меня!

К тому моменту, как машина подъезжает к дому, я уже не могу твердо стоять на ногах. Меня качает и ведет в сторону, как только я выбираюсь из салона. Стас усмехается. Похоже, это кажется ему забавным.

А затем он прижимает меня собой к закрытой дверце машины и целует, не стесняясь водителя.

— Идём… — бархатный баритон пробирается под кожу. — Скорее, Лика, иначе займемся этим прямо здесь или на крыльце.

Иду за Стасом как под гипнозом. Поднимаюсь по ступеням крыльца, едва не сворачивая ноги на непривычных шпильках. Заходим в дом, где он сразу тянет меня за руку к лестнице, ведущей наверх.

Стас бросает на меня горячие взгляды, от которых всё внутри дрожит в предвкушении. Теперь я знаю, как будет хорошо, и очень хочу испытать это снова… с ним…

Мозг лихорадочно сопротивляется. Остатки здравого смысла кричат о том, что я сейчас совершу огромную ошибку. Нужно сказать Стасу «нет». Не позволить ему узнать… Продлить мой обман еще хоть ненадолго…

— Подожди! — вырываю из его хватки свою ладонь возле детской комнаты. — Я сейчас!

Тихо приоткрываю дверь и бесшумно пробираюсь к кровати, на которой спит Аня. Я боюсь, что больше не увижу её. Почему-то есть такое предчувствие, и поэтому заранее тоскливо.

Наклоняюсь к малышке и целую спящего ангелочка в лоб.

Аня пахнет счастьем, которого у меня никогда не будет. Поправляю на ней одеяло и оборачиваюсь к двери.

В проходе стоит Стас, и сегодня он не намерен давать мне поблажек.

— Иди сюда… — выдыхает он хрипло.

Подчиняюсь.

Не чувствуя ног, отхожу от детской кровати и приближаюсь к нему.

Заглядываю в горящие голодом глаза Стаса. Облизываю пересохшие губы.

Осталось во мне хоть немного сил, чтобы преодолеть искушение? Он ведь не станет заставлять, если я твердо скажу «нет»…

Разлепляю губы, набираю в грудь воздух…

А Стас вдруг подхватывает меня на руки, и всё вокруг перестаёт существовать. Меня несут на руках, и, кажется, всего через мгновение я оказываюсь лежащей на спине в его кровати.