Правда, наш с Унием народ пошел по немного иному пути. Не воздействуя синхронизацией между эмоциональным и психическим состоянием человека (которую также называли резонансом) на мир вокруг себя, а внося изменения в собственные тела. Для нас энергетическое тело было конструктом, а психогенетика — наука, появившаяся в результате этого, — как раз и занималась конструированием.

Если совсем грубо — биокинез.

Здешние же маги пошли по одновременно более простому и более сложному пути. Простому потому, что взаимодействовать с миром проще (и безопаснее), чем с собственным хрупким организмом. Где одна ошибка в конструкте может привести к летальному исходу. Да и наш метод — он долгий. Пока научишься регулировать энергетические потоки тела, пока достигнешь нужного тебе результата — годы могут пройти. А то и десятилетия.

Здесь же формируешь информационный пакет (конструкт, заклинание, технику) и отправляешь ее миру. Точнее, преобразуешь психоэнергетический конструкт в материю на молекулярном уровне. И всё. Тяжелый камешек летит в цель и в полном соответствии с законами мироздания проламывает одиннадцатимиллиметровую фанеру.

Ну а тяжелее путь магов потому, что сам мир устроен чуть более сложно, чем человек. И переменных в нем больше. В результате, не пытаясь охватить неохватное, местные пришли к разумному выводу и разделили типы воздействия на школы магии. Стихийной, ритуальной, начертательной и еще черт знает какой. Я, по верхам лишь пробежавшись, насчитал не менее тридцати типов взаимодействия между магом и миром. Те же меши́ка с Южного материка Западного полушария строят свои конструкты исключительно на крови. И не спрашивайте у меня, как у них это работает.

Потом выбор закрепили генетическими линиями и — вуаля! У нас готова магическая аристократия, где каждый отдельный род концентрирует усилия на одном из видов проявления. Так и получились маги земли, огня, воды и далее по списку.

Когда мы закончили с теорией, которую Уний наконец понял, он попросил, чтобы я показал ему еще что-нибудь. Как дите малое! Ну и я выдал практически все доступные мне заклинания из арсенала Брюсов. Те, которые мог осилить на своем невеликом уровне Подмастерья. Кроме «родства со стихией» — медитация для восполнения потраченной энергии не слишком зрелищна. Точнее, совсем не зрелищна. Хотя именно с нее и начинается обучение всех одаренных.

Ну и с построения «пылевого щита» — маг же должен уметь себя как-то защищать.

— «Пылевой щит», «щит пыли» или просто «пыль», — пояснил я товарищу, когда взвесь из бесчисленного количества микроскопических частиц земли опала на поверхность, а он прочихался. — Не столько спасает от урона, сколько позволяет магу сбежать под прикрытием завесы. Ну и нагадить врагу по-мелкому можно — глаза запорошить, дыхание сбить. Самый простой конструкт в арсенале Брюсов. «Песчаный щит» уже неплохо защищает, но мне пока тяжело дается — каждый раз, как его делаю, так потом несколько часов вареный. Дед сказал, что моя нервная система после длительной болезни к такому еще не готова, но дело, скорее, в том, что я сам еще к телу не до конца приноровился. Так что показывать, извини, не буду — на сегодня у нас еще поход в Тайную Канцелярию, и мне надо в форме быть.