— Спасибо, дома посмотрю, — кивнул я, убирая документы в рюкзак. — Хотя уверен, что ты отлично поработала.
Не рассказывать же, что я только вчера занялся плотным изучением юридической составляющей вассального договора. Мещане ведь уверены, что дворянам такое лет в шесть преподают.
Думал, что она уйдет, отдав папку. Но Настя продолжила сидеть и смотреть перед собой. Ну, мне-то она не мешала.
— Кто это девушка? — наконец, спросила она.
— Ринко? Она же представилась вроде.
— И почему она села рядом с тобой?
— А почему ты спрашиваешь, Настасья Филипповна? — поднял я бровь. — Ревнуешь?
— Глупости не говори! — в целом спокойно отреагировала она, но кончики ушей немного покраснели. — По заключению договора мы с тобой становимся не чужими друг другу людьми, а ты с новенькой ведёшь себя так, будто уже давно с ней знаком. Так что назовём это присмотром за инвестициями.
Я, кажется, уже упоминал, что Строева — очень себе на уме барышня. И довольно властная — иная бы не построила в классе крепкую ячейку из представителей собственного сословия. Но вот теперь эта девушка решила проверить пределы своего на меня влияния.
— А вот теперь ты говоришь глупости, Настя, — тепло улыбнулся ей я. — Если оперировать в отношении друг друга экономическими терминами, то меня правильнее называть не инвестицией, а гарантией безопасности. Твоей финансовой безопасности и твоей же финансовой свободы. Что касается Ринко, то да, мы с ней знакомы. Она дочь каких-то дедовых друзей — я их не знаю — приехала во Владимир вчера и пока остановилась у меня.
Скрывать данный факт я не собирался — школьники, особенно девчонки, всё равно это узнают рано или поздно. А учитывая всеобщий интерес к новенькой — скорее раньше, чем позже. Так что сработал на опережение слухов, представив Ринко близким другом семьи.
Первую часть моей отповеди, Настя выслушала спокойно и даже с пониманием. Катнула пробный шар, получила ответный, успокоилась. Переговорный процесс, как он есть.
А вот когда я упомянул совместное проживание…
— Вы что, живете вместе⁈ — едва слышно, но очень громко в эмоциональном плане вопросила она.
Мне даже смешно стало.
— Фи, Строева! Что за намёки такие вообще! Держи своё воображение в узде, пожалуйста. И потом кто мне сказал не рассчитывать на юное купеческое тело до восемнадцати? Выкручиваюсь, как могу! Так что, в ревности действительно нет никакого смысла.
Подскочила девушка слишком резко. Слишком громко отодвинула стул. Слишком быстро вернулась на своё место. Ровно настолько, чтобы все оставшиеся в классе ученики, обратили на этот манёвр внимание. И, естественно, сразу же сделали множество далекоидущих выводов.