Проницательный гад. Натренированный глаз инквизитора. Следит за каждой микроэмоцией, каждым рефлексом. Ищет трещину в броне.

— Возможно, это была непроизвольная реакция на необычные звуки, — спокойно ответил я. — Жужжание в человеческом сердце действительно настораживает любого врача.

— Жужжание… — Стрельцов придвинулся еще ближе, теперь между нами было сантиметров тридцать. — И что, по-вашему мнению, может жужжать в сердце?

Я пожал плечами:

— Вариантов множество. Турбулентный поток крови через суженный клапан создает вибрацию частотой двести-триста герц — это воспринимается как жужжание. Вегетации на створках могут вибрировать в токе крови — еще один источник. Резонанс воспаленных тканей при определенной частоте сердечных сокращений. Даже образование пузырьков при высокоскоростном токе крови…

— Вы перечисляете варианты, — перебил он. — Но думаете о чем-то конкретном. Я вижу это в ваших глазах.

— Вы видите то, что хотите видеть, капитан.

— Я вижу человека, который что-то скрывает.

— А я вижу инквизитора, который ищет ересь там, где ее нет.

Повисла напряженная тишина. Мы смотрели друг другу в глаза как два дуэлянта перед выстрелом.

— Вы знаете, что там, в сердце пациента, — медленно произнес Стрельцов. — Но не хотите говорить при инквизиции. Почему? Боитесь выдать использование запрещенной магии?

Прямая атака. Пытается спровоцировать на эмоциональную реакцию. Не выйдет, капитан.

— Я не говорю, потому что не уверен, — твердо ответил я. — Есть подозрение, да. Но озвучивать диагноз без доказательств — непрофессионально и опасно. Особенно если ошибешься в присутствии инквизиции.

— Или если диагноз можно поставить только некромантией, — сверлил меня взглядом Стрельцов.

— Капитан, если бы я использовал некромантию, вы бы это почувствовали. Насколько мне известно, инквизиторов специально обучают распознавать следы темной магии. Холод, запах тлена, ощущение смерти — классические маркеры.

Лучшая защита — нападение. Покажи, что знаешь их методы. Пусть думает, что я уверен в его способностях и потому спокоен.

Стрельцов прищурился:

— Вы удивительно хорошо осведомлены о методах работы инквизиции.

— Я читаю профессиональную литературу, — спокойно парировал я. — В медицинских журналах регулярно публикуют статьи о ваших проверках. Нужно же знать, чего ожидать.

— Медицинские журналы… — он усмехнулся. — И что же они пишут о некромантах в больницах?

— Что их там быть не должно. Некромантия и медицина — антагонисты. Одна забирает жизнь, другая дарует.

— Красиво сказано. Почти убедительно.

— Истина всегда убедительна, капитан.