Через минуту все машины поблизости, даже те, о которых я и не думал, что это бандитские, разъехались. Орлов провожал их внимательным взглядом.
— И что на этой встрече с Артуром будет? — спросил он у меня.
— А чёрт его знает, посмотрим, — я убрал руки в карманы, а то перчатки не взял, холодно. — Пошли, Витёк.
— Да я сам уже дальше со своими поговорю, — Орлов собрался было идти к залу.
— Раз уж здесь, погнали вместе, — я кивнул на вход. — Заодно посмотрю этому гаду в глаза… пойму, что он задумал.
Надо бы это знать, а то в городе стало совсем неспокойно и без всяких маньяков. Бандиты хотят избавиться от опасного врага, но так, чтобы огребал за это другой конкурент. Вот как сейчас. То ли Кросс это раззадорил Артура, то ли Слепой, то ли кто-то из своих. Надо бы это всё узнать.
Мы вошли в зал, где в это время шло собрание. Сафронов, как заправский лидер секты, вербовал себе людей…
Глава 13
Помню случай из той своей жизни. Это было в десятые. Я тогда служил в управлении уголовного розыска в должности замначальника. Работали мы как-то по одной секте — тихая такая, без плакатов и митингов, но с душком. Возникла она ещё в конце лихих девяностых, в одном посёлке в нашем районе. С виду — православная община. Молятся, постятся, свечки ставят. Только вот канон у них был… свой. Не церковный, не священный — самодельный. Так сказать, православие в авторской редакции.
По факту же верили они не в Бога, а в выдумки своего «отца» — главаря, патлатого мужчину с бородкой и глазами, в которых светилась не вера, а жадность и азарт шулера. Он придумывал правила на ходу, ловко мешая язычество с христианством, приправляя всё это своей больной фантазией и вырезками из забытых книжонок.
Жили они в лесу, общиной, как в древние времена. Имена себе брали замысловатые — Велемиры, Светозары, Ярилины какие-то. От паспортов отказывались, ели корешки, грибы, спали в шалашах, постились неделями. А пока они истово «очищались от мирской скверны», их квартиры, машины, счета и иное имущество — по тем самым паспортам, от которых они якобы отказались — аккуратно переписывались на имя их «отца».
Он звался Олегом — просто отец Олег. Мол, не старец, а почти бессмертный провидец. Говорил, что так долго живёт, что лично советовал в делах государственных царю Александру… и не Третьему, а Первому. Фантазии у него хватало. В лесу этом, между прочим, он почти не бывал — комары, знаете ли, да и матрац сырой. Жил он в центре города, в шикарной квартире с лепниной и итальянской мебелью. На собрания ездил редко — только если обряд какой, или очередную «избранную» взять под крыло, вроде как, по особо торжественным случаям. Последователям же рассказывал, что уединяется в дубраве и там медитирует, а беспокоить его в эти дни — грех великий.