— Ну, можно вообще-то, — неуверенно сказал он.
— Полтинник плачу, — я поднял сумку. — Давай в багажник её, а то грязная.
— Да можно в салон…
Договорить он не успел, а замок у багажника был сломан. Так что я открыл его, забросил туда сумку, поставил её ближе к краю и захлопнул багажник, делая вид, что ничего не заметил в темноте. Хотя даже секунды мне хватило, чтобы кое-что разглядеть.
— Погнали, — я залез на переднее сиденье, — надо успеть, а то потом не пустят.
— Ну, поехали, — он пристально посмотрел на меня, но переключил передачу и тронулся вперёд.
Сумка перевернулась в багажнике, Гена это услышал и повернулся. Думает, заметил я или нет? И вспоминает, успел убрать или нет?
А я заметил. Там, в глубине, лежала белая простынь с красным пятном. Может, краска, может, нет, но это штука свежая, замёрзнуть не успела, и я успел макнуть в пятно платок. Вот и сделаем анализ, посмотрим, что это такое на самом деле.
Я не обвиняю никого раньше времени, пока нет веских оснований. Но мне надо разобраться, потому что совпадений стало слишком много.
Ну а в деле появился новый подозреваемый.
Глава 6
В это время, на трассе за городом
— Вот не зря говорят, чуйка есть у ментов таких, — Артур хохотнул, держа руки на руле. — Думаешь, Васильев просто так до нас докопался? Вот чуял же, что недоброе что-то происходит. Просто времени у него не было тему раскрутить, а так бы нашёл, чё мы везём.
— А ты зачем его подвезти-то хотел? — недоумевал Крокодилыч, щёлкая семечки.
— Да он всё равно бы отказался, видно же, куда-то намылился, чё-то мутит. Будь у него время, он бы сразу в твой ковёр-то заглянул бы, увидел, чё ты там спрятал. А ты тоже кадр: давай, блин, винтарь в ковёр завернём, никто не увидит, — передразнил его Артур и снова засмеялся.
— Гасить бы его пришлось, — задумался вслух бригадир.
— Да иди ты нах, всех бы гасил. Таких нельзя гасить, боком вылезет, — пахан вывернул на просёлок. Джип важно перевалил через насыпь и съехал вниз, в яму, и с рёвом выбрался оттуда. — Вон, там Сафронов замочить Васильева хотел, пусть огребает теперь с Кроссом на пару. Против них и РУОП копает, и чекисты подтянулись, и обычные менты теперь будут их дергать. Сами замутили, пусть и огребают, а мы пока свои дела вести будем. Ментов мочить — себе дороже.
— Так и Сафронов же что-то мутит, крутит, не просто так приперся, — Крокодилыч почесал затылок.
— Угу, гад, — Артур кивнул, — тоже на жопе ему не сидится, чё-то нарыть хочет. Ладно, на кладбище места много, если что, ему-то я могилку получше подберу…
* * *
— Да я тут тебе говорить не хотел, — неуверенно начал Гена Кобылкин, косясь на меня. — А то ещё огорчишься, мало ли, расстроишься.