— Ты про что? — она удивилась.
— Да он говорил… профессор, что причина для нас-то бредовая, а для него-то — всё строго по его безумной логике…. погоди, — я тряхнул головой. — Короче, Ирка, я понял, как маньяк выбирает жертв. Надо фотки проверить… убедиться, а то не всё пока бьётся.
Должно быть, я говорил странно, путано. И в душе в этот момент скользнуло понимание… вот сейчас я увижу разочарование в её глазах, вот как у моих жён было. Бывает, что в какой-то момент в голову лезет работа вперёд всех мыслей — и момент оказывался самым неподходящим, так что женщины очень расстраивались из-за этого, что думал я не о них, а о всяких убийцах и бандитах.
Но Ирина была из другого теста, и этот азарт поимки злодея был следачке хорошо знаком.
— Давай подброшу до милиции, — с жаром предложила она. — И ты посмотришь, и я тоже гляну.
— Погнали, — с улыбкой проговорил я.
Глава 15
— А ты чего здесь делаешь, Василий Иваныч? — бросил я, забегая в кабинет.
Ждавший меня в кабинете Сан Саныч тут же подбежал, радостно скуля и виляя хвостом, будто я оставил его здесь не несколько часов назад, а на пару лет. Попрыгав передо мной, он попытался всучить мне обслюнявленную жёваную кеглю.
— Проводил своих, на электричку посадил, — довольный Устинов прихлёбывал чай. — И на работу решил зайти.
Вид у старого опера такой счастливый, что даже будто его усы воспрянули духом, а сам он не выглядел уже на пятьдесят с хвостиком, а лет на десять помолодел.
— В следующее воскресенье к ним съезжу, — продолжал он. — А то, говорит, холодом от окна несёт и от двери, ремонтировать надо, а это ж как морозы бахнут — задубеют… Ирина Константиновна, здравствуйте! — Устинов заметил её. — Давно вас не видел, а то к нам только Димка и Генка ходят.
— Здравствуйте, коллеги! — Ирина встала на пороге, и Сан Саныч уже крутился возле неё, виляя хвостом так, что аж задница ходила ходуном. — А у нас тут… следственный эксперимент намечается.
Отделение сейчас не в полном составе. Кроме Устинова, за столом Толика сидел задумчивый Витька, размышлял о чём-то своём, разглядывая дорогой японский кассетный магнитофон с ползунками эквалайзера впереди. Кто-то принёс технику Толяну на ремонт, ну, теперь будет дожидаться, когда тот выпишется из больницы. Якута и Сафина где-то не было.
Я с размаху уселся на свой стул, из-за чего он протестующе скрипнул, но выдержал, и достал большой ключ из внутреннего кармана. Это от моего сейфа, и в нём было то, что я пока не передавал в материалы по маньяку. Разве что струну я утром оставил Кириллу, чтобы заслал в область — через эксперта всегда быстрее, чем если следак на поклон пойдет к криминалистам главка.