Есть с утра мне обычно не хотелось, но я давно приучил себя: если случай подарил тебе возможность перекусить — не пренебрегай ею, в следующий раз заправиться в нужное время может и не получиться. Сегодня мой завтрак был просто–таки королевский: два яйца всмятку и бутерброд с кроваво-красной крупнозернистой и всегда пересолёной конской колбасой. Трапеза завершалась большой кружкой обманного кофе под названием цикорий. Хорошо! Конечно, какой-нибудь «Нескафе Голд» был бы ещё лучше, но за неимением кухарки… Стоп! Дальше ни слова, охальник!
Хорошо, что мне до работы — каких-нибудь пятнадцать минут пешком. Всего лишь дополнение к моей физзарядке — сплошное удовольствие. А вот о многочисленных мамашах, натужно тянущих за собой санки с укутанными полусонными малышами такого не скажешь. В автобус им просто не сесть с санками, даже если бы и захотели. Да и где они, эти автобусы? От одного до другого и все полчаса могут пройти. Вот очередной ЛиАЗ, опасно кренясь на правый бок, подъехал к остановке, вызвав среди ожидающих короткую схватку за право оказаться в числе первых счастливцев — этакое регби на местный лад. Однако, не повезло никому — автобус всех обманул. Он слегка притормозил перед остановкой (скорей всего, водитель просто опасался, как бы противоборцы в суматохе не затолкали кого-нибудь ему под колеса), а потом тяжко взвыл мотором и начал медленно ускоряться. Толпа сразу же обречённо успокоилась и повернулась в сторону прихода следующего — не впервой. Только какой-то дядька успел лягнуть ногой ни в чём не повинный транспорт. А в окнах отчаливающего автобуса виднелись спрессованные тушки счастливчиков: ни дать, ни взять — кильки в банке. Наш деревенский сторож на МТС[1] Митрич обязательно сказал бы: на рупь сто голов.
Вчерашнее раздражение на моего прилипчивого коллегу давно рассосалось. Сегодня я комаровский материал всё равно спишу — и дело с концом. Да не так уж и много трудов он мне доставило, если честно. А товарища Пантелеева даже жаль немного. Вон как старается, чтобы и правды мне не сказать, и мою помощь получить. Ведь понятно же, что вся эта история, какой он мне её пробует нарисовать, в реальности совсем не так выглядит.
Перед дежуркой я столкнулся нос к носу с Доктором Ватсоном. По малости лет его ещё не брали на оперативки, от чего он сильно страдал, хотя виду старался не показывать. Сейчас он явно был готов к какой-то важной миссии. Увидев меня, он разулыбался и тут же распахнул свою вездесущую папку. В ней кроме привычного «учебника» Конан Дойла я заметил тюбик с краской, маленький валик вроде фотографического, нарезанные полоски бумаги и два коробка спичек.