Владимир дождался, пока дверь за его спиной закроется, после чего медленно опустился на стул напротив. Стол был узким, так что теперь ближайших родственников разделял лишь один метр.

— Отец отрёкся от тебя, Лина. Официально. И ты знаешь это. — Он выдержал её резко ставший злым взгляд. — Я здесь не как представитель Империи. Я здесь как твой брат. Последний, кто действительно хочет вытащить тебя из этой ямы, пока не стало слишком поздно.

Лина усмехнулась зло, коротко и беззвучно. Уголки её губ дрогнули, а лицо исказили протянувшиеся из края в край тонкие тени.

— Вытащить? И куда, Вова? Золотая клетка мне больше не по рангу. Значит, камера «Лефортово», отсек для особо опасных государственных преступников? Спасибо, не надо. — Она слегка наклонилась вперёд. — Тем более, что мы не в яме, а на пороге обретения свободы. Хотя бы какой-то свободы от Его влияния…

Владимир как мог старался держать мимику, но в его взгляде на краткий миг всё равно промелькнула жалость к сестре, ставшей одержимой увиденным два года тому назад.

— Он уже ни на что не влияет, Лина. Артур буквально отказался как-либо влезать в дела людей после того, как убедился в том, что человечество как вид выживет даже в случае полномасштабной войны. Даже то, что вы устроили произошло с его молчаливого попустительства. Или ты думаешь, что тот, кто вырезал сотни преступных организаций по всей планете, которые не мог найти никто кроме него, ничего не знал о ваших планах? — Владимир подался вперёд. — Нет, сестра. Будь его воля, и на планете никто не смел бы и шагу ступить против его воли.

— Он лишь создаёт видимость неучастия, пустоголовый ты дурак! — Её голос впервые дрогнул, и в нём зазвучала горячая убеждённость. — Ты же знаешь о том, что видела я! Знаешь, что он делает с людьми? Как ломает? Как превращает в покорных марионеток, которым суждено прожить год-другой и сгинуть? А те, кого он просто и без жалости зачистил потому, что они могли создать проблемы его Плану? Десятки, сотни тысяч человек! И это только после Катастрофы! А что дальше? Он уже превращает наш дар, псионику, в болезнь! В причину надеть и затянуть потуже ошейник с шипами вовнутрь! «Меры безопасности», «контроль», «минимизация рисков»… Это путь к вырождению человека! Путь к тому, чтобы мы стали удобными, послушными винтиками в его бессмысленной игре в спасение! Игре, в которой невозможно победить, слышишь⁈

Лина набрала побольше воздуха в грудь:

— Но мы ещё можем уйти. Скоро наши специалисты разберутся и запустят Врата. Всё необходимое для организации колонии здесь уже есть, нужно лишь…