Каждая последующая секунда становилась очередной огненной иглой, вонзающейся в виски Владимира. Со всех сторон сыпались доклады о продвижении Имперских штурмовых групп, и всё чаще цесаревич задумывался о том, что, возможно, стоит попытаться просто выжить.

Сгрести сестру в охапку, прорваться за спины «своих»…

Чтобы — что? Отец не оставит его действия безнаказанными, а оборудование объекта наверняка уже сохранило в себе всё то, чем он занимался в последние полчаса. Лину же, зная отца, ждёт даже не заключение, а высшая мера. И он, Владимир Романов, знал это, направляясь сюда. Сам этот самоубийственный поход был нацелен на предотвращение худшего исхода из возможных.

Значит, никаких компромиссов. Или-или. Гарантированная кончина против призрачного шанса на спасение…

Момент, когда из мерцающей поверхности врат один за другим вышли разведчики, стал отправной точкой для всего сразу. Не дожидаясь команды принявшего управление Владимира, лидеры бунтовщиков дали отмашку, и нестройная толпа хлынула во врата, стараясь не сгинуть под колёсами двинувшейся вперёд грузовой и не только техники.

Тысячи напуганных, отчаявшихся людей, увидевших свой шанс — это страшно, и лишь отчаянные действия немногочисленных боевиков в зале позволяли сохранять некое подобие порядка. По крайней мере, люди не давили падающих и двигались в некоем подобии строя, исчезая за плёнкой Врат…

— Ты и ты. — Владимир ткнул пальцем в двоих старших «офицеров» бунтовщиков, тех, которые, как ему казалось, были наиболее опытными и адекватными среди всех. — Берите Лину и следуйте через Врата. Живее!

Естественно, эти двое принялись спорить, не видя в цесаревиче авторитет. И прежде, чем он смог донести до идиотов всю глубину их заблуждений, Лина, побледневшая, как полотно, вдруг поднялась на ноги. Мазнув расфокусированным взглядом по лицу Владимира, она пробормотала что-то неразборчивое и, оперевшись на терминал управления, закрыла глаза…

Чтобы спустя мгновение даже самый далёкий от псионики человек ощутил мощную телепатическую волну страха и ужаса, устремившуюся куда-то вверх и в стороны. Она обогнула беженцев и боевиков, пройдясь мелкой гребёнкой по штурмовым отрядам Империи и Калифата. Ответ от хозяев Врат последовал незамедлительно, и Лина покачнулась, не обращая внимания на хлынувшую носом кровь.

Ценой собственной жизни она пыталась остановить штурмовиков, дав своим людям чуть больше времени.

— Кретины!.. — Владимир бросился к сестре, и офицера, попытавшегося его остановить, отбросило в сторону с развороченной в фарш грудной клеткой. Громыхнула очередь, но пули разбились о телекинетический барьер, и почти сразу стрелка просто разделило надвое. Одной рукой подхватив осевшую на пол Лину, вторую Владимир положил на панель управления. — Остановитесь, или я отключу Врата!