— Не изволите ли в экипаж? — принялись зазывать ее местные извозчики, но та в ответ лишь покачала головой.

— Лучше скажите, правильно ли я иду к миссии Красного Креста? — смущенно спросила она.

— Правильно-правильно, — буркнул в ответ один из них, сообразивший, что у молодой женщины, очевидно, нет денег.

Скоро барышня была у цели своего путешествия и решительно двинулась к входу.

— Как прикажете доложить? — преградил ей дорогу здоровенный солдат в накинутой на плечи шинели.

— Мне нужно… — замялась девушка, — к самому главному…

— Это к его превосходительству Сергею Петровичу Боткину, — удивился страж, — так их нету сейчас!

— А кто есть?

— Михоленко! — раздался чей-то громкий голос, — что там у тебя?

— Да вот барышня, желают…

— Что еще за барышня? — наружу вышел благообразный господин в чиновничьем мундире. — Чем могу служить, мадемуазель?

— Я хотела бы служить в госпитале, — решительно ответила ему посетительница.

— Вот как, а что же вы умеете?

— Все что потребуется.

— Довольно странный ответ. Дело в том, милейшая, что нынешнее развитие медицины, даже от сестер милосердия требует известных знаний. Вы где-нибудь учились этой науке?

— Нет, но…

— Боюсь, что в таком случае, я не смогу быть вам полезен, равно как и вы нам.

— Но что же мне делать? — с отчаянием в голосе спросила девушка.

— Милая барышня, вас, вероятно, подвигло на это деяние желание следовать некоему молодому человеку, ушедшему в армию? Я вполне понимаю, и даже в некоторой степени одобряю ваш порыв, но боюсь, что лучшее, что вы можете сделать, это вернуться домой к родителям!

— Мне некуда возвращаться, — потерянным голосом отвечала ему она.

— Ну, это вы зря, мадемуазель, ваши родные, вполне вероятно сердятся на вас, но вряд ли настолько…

— Вы не поняли, — перебила его девушка, — у меня никого нет! Мои родители умерли. К тому же матушка перед смертью долго болела, поэтому мне волей-неволей пришлось научиться ухаживать за больными. Возможно я не знаю каких-то научных вещей, но как ухаживать за тяжелобольными мне, к сожалению, известно очень хорошо!

— Простите, — смешался чиновник, видя ее неподдельное горе. — Но почему же вы приехали сюда, неужели у вас совсем никого не осталось?

— Никого. Возьмите меня. Я готова ухаживать за умирающими. Готова помогать при перевязках, мыть обессилевших и выносить за ними судна. Готова кормить страждущих с ложки и…

— Вы сейчас это серьезно?

— Да… простите, как мне вас называть?

— Надворный советник Гиршовский, — изобразил поклон ее собеседник, — но можете звать меня Аристархом Яковлевичем. Я, некоторым образом, начальник одного из полевых госпиталей… а как вас зовут.