Да, камень светить не хотелось. Очень-очень не хотелось. Это может вызвать множество негативных последствий, а вот вариант «звонок другу»… почему бы и нет. Правда, была одна загвоздка: я не знал фамилии человека, на кого собрался ссылаться. Но у меня было подозрение, что менеджер не так прост. Его слова, его манеры, какие-то нюансы поведения… что-то в нём меня убедило, что план может сработать. Может, то, как он уничижительно спросил «вы что, газет не читаете?»

Я открыл шкатулку. В воздухе разнеслась тихая мелодия. Странно, но она будто бы перебивала все окружающие нас звуки. Пыхтение котлов и пронзительные гудки бульдозеров, словно отошли на второй план. Я стоял и зачарованно слушал незатейливые грустные ноты. Что-то во мне снова отозвалось на эту мелодию. И сейчас я был уверен, что виной всему именно она. Но что в ней такого? Мысли в голове шевелились неповоротливей паровых монстров, сгребающий уголь. Но в какой-то момент я ощутил, как близко к разгадке нахожусь. Буквально одно мгновение, и в голове что-то щёлкнет, память раскроется, и я пойму, почему Огрызок так стремился завладеть этой штукой, что даже украл её у Кости. Ещё миг…

Менеджер, который только что грозно высказывал угольщику, замолчал. Он тоже слушал.

— Что это? — с подозрением спросил он, словно ожидал, что я начну ему впаривать какую-то туфту, и его слова мгновенно разрушили ощущения близости тайны. Пшик, и всё исчезло. Передо мной снова была просто музыкальная шкатулка с приятной, но очень грустной мелодией внутри. И не только ней…

— Это? — я сделал такой вид, будто только заметил, что рядом со мной кто-то стоит. Что ж, да начнётся игра! — Это очень важная вещь, — произнёс я таким тоном, будто держал в руках ключи от сейфа, под завязку набитого золотом. — Это — знак благосклонности ко мне важной особы, подарившей мне её.

Краем глаза я видел, как угольщик моргает и, совершенно обалдев, смотрит на шкатулку, и на то, что я делаю.

— И чьей же?

Менеджер совсем чуть-чуть, но был заинтригован. Правда, тон выбрал такой, что мол, пфф… сотню раз такое видел, чем удивить хочешь? Но я видел его интерес. Нет, не к шкатулке как таковой, а к словам про «важную особу». И это было очень хорошо.

Аккуратно, будто и впрямь величайшую ценность, я достал гравюру.

— Её светлость Варвара Сергеевна соизволила подарить мне эту шкатулку с портретом своей дочери в знак величайшей признательности за помощь.

В общем-то, я сейчас почти ничего не придумывал. Ну, кроме способа, каким у меня оказалась шкатулка. То, что на гравюре мать Кости, который был внуком Варвары Сергеевны, я не сомневался. Изображение это было на стенах в доме, да и похожи они были довольно сильно. Как говорил герой одного сериала: Ложь должна быть нераспутываема! Иначе нет смысла и начинать.