Таська и Щербатый топтались рядом и просто слушали наш разговор. Еще в кабинете Бориса Валентиновича они притихли, видимо, пораженные размахом и богатством обстановки.

— Нам пора, — перевел я разговор на другую тему. — Завтра нужно быть в семь утра у Южной Заставы.

— Ждите в шесть, мы заедем, — ответила Лена.

Я кивнул, развернулся, взял за руки мелких и пошел прочь.

Не хотят говорить, так тому и быть. Плевать. Сам разберусь.

Все время, пока мы пересекали площадь, я чувствовал взгляд в спину. Маша. Она смотрела, как мы уходим. Я ощущал это, потому что она была моей ученицей.

Утро настало как-то быстро.

Вот только что я спал, и уже серый рассвет рисует на стенах тонкие едва уловимые узоры.

Меня разбудил Гриша. Он дежурил в это время, так что вызвался поднять нас.

— Пять утра, — произнес Гриша, едва постучавшись в комнату.

Я сел в кровати и почувствовал себя бодрым. Даже тех четырех часов, что достались мне на сон, хватило. А может, это просто адреналин и ожидание поездки.

Помню, как в детстве было тяжело вставать на учебу в первую смену, а вот если ехать на празднование нового года или отдыхать, так весь сон мгновенно, как рукой снимало. Там, бывало, и пары часов хватало — немного перезагрузиться, взбодриться, и готов к приключениям.

— Подними мелких, — попросил я Гришу.

— Уже, — откликнулся он. — Спускайся. Завтрак готов.

Я оделся и спустился на первый этаж.

За столом уже сидели Бивень, Куцый и мелкие. Перед ними ровным строем были выставлены крохотные тарелочки с чем-то горячим.

Я присел за стол и принялся есть.

Все только этого и ждали. Накинулись на еду, словно без меня не могли начать завтракать.

— Щербатый рассказал, — начал Бивень.

— Что именно?

— Все. Странно это. Понимаешь?

Я прожевал что-то похожее по консистенции на слегка размягченную глину и уставился на Бивня.

— Ну, — он чуть замялся. — Все эти тайны. Они тебя не пугают? Понимаешь, что не нам беспризорникам соваться в разборки властей? Понимаю, что у нас нет выбора, но…

— Выбор есть всегда, — перебил я Бивня. — Просто дело в том, что я сам хочу понять происходящее. Видишь ли…

Я задумался.

Не уверен, что готов сейчас разъяснять все свои подозрения и раскручивать цепочки совпадений, которые мне казались не менее странными, чем для Бивня наше участие в разборках власть имущих.

— В общем, не переживай. Мы справимся.

— Уверен?

Бивень с сомнением посмотрел на Щербатого и Таську. Особенно на Таську. Я не замечал раньше за ним такой привязанности к девочке, но сейчас я видел, что этот крупный серьезный парень, оказавшийся на удивление порядочным и заботливым, сильно переживает за мелких.