Часть II Представление Если враг стоит у двери И тебе терпеть невмочь, Если рыщут всюду звери, Позови Бродягу в ночь! Он придёт с мечом заветным Он клинком расколет тьму. А наутро незаметно Розу ты оставь ему… Таурусская народная песня 1 Луна в тот вечер побелела, как кость. И никогда ещё она так не напоминала череп. Её глазницы-кратеры таращились на дорогу, по которой мчались во весь опор всадники. Свистел ветер, бряцали шпоры, взрывали песок копыта. Облако дорожной пыли распухало в хвосте молчаливой колонны. Луна старалась. Луна светила. Она отражалась от взмыленного бока лошади. Она поблёскивала в неживом, подёрнутом белой плёнкой глазе командира отряда. Кобыла заржала, мотнула головой. Неутомимая плётка хозяина продолжала наказывать её за ошибку, которую лошадь не совершала, – там, в опустевшей деревне, их направили по ложному следу. Луукас Краснолицый по кличке Циклоп натянул поводья, опустил онемевшую руку. Его спутники отреагировали быстро – придержали коней. Но несколько всадников в пылу погони проскакали мимо и вернулись только спустя время. След от повозки обрывался прямо посреди дороги, как будто телега воспарила в небо, прямо навстречу костяной Луне. – Кто мне это объяснит? Всадники мрачно переглянулись, промолчали. – Вы же нанимались ко мне как лучшие следопыты! Ну, кто из вас? Командир сплюнул, сощурил зрячий глаз, вытер грязным платком взмокший лоб и шею. Никто в отряде не смотрел на него. Погоня затянулась на две недели вместо обещанных суток. Циклоп взбешён, и неизвестно, что взбредёт ему в голову. Одного товарища они уже потеряли, когда чуть не завязли в болоте. За серьёзный проступок командир мог подвергнуть волчьему суду каждого, в ком сомневался. Это когда всадники на лошадях встают в две линии, спинами друг к другу, а подозреваемый накидывает на себя волчью шкуру и проходит по живому коридору. Если повезёт – лошадь тебя не лягнёт. Курту Бородуле не повезло: он спутал телегу кузнеца, который искал на болотах руду, с повозкой беглецов. Не в его пользу говорило и то, что он был родом из этих мест, а значит, мог прикрывать своих. Теперь следопыт лежит в тёмном омуте с проломленным черепом. Не услышав ответа от команды, Циклоп набрал воздуха в грудь, чтобы их отчитать. Но тут же раздался монотонный голос из темноты, со стороны обочины: – Повозка не испарилась. Они её просто перенесли. На руках. В поле. Командир развернулся, чуть тронул лошадь пятками, поехал на разгорающийся свет фонаря. Копыта мягко ступили на траву. – Что ты там вообще можешь