Даже самые малочисленные отряды, оказавшиеся чуть ли не в окружении врага, не поддались панике.

Шаддинцы хорошо подготовили эту контратаку. Местами даже слишком хорошо. Некоторые из хлынувших на улицы отрядов ополчения завязали схватки между собой. В темноте не могли отличить в своих от наших, а внимания стратега не хватало на все участки.

На крышах домов появились дети и женщины, «вооруженные» камнями. Эти нехитрые снаряды они начали бросать вниз. Туда где теоретически могли находиться штурмующие легионеры. Разумеется, в основном камни летели мимо. Некоторые даже попадали по шаддинцам. Однако какой-то урон за счёт подобных мер противник мог нам нанести.

Легионеры держались стойко. В старом городе яростный натиск сикариев встретили большие скутумы ветеранов Шестнадцатого. За спинами первых рядов я успел расположить гомункулов, которые могли здоровенными дубинками работать по наступающему неприятелю.

Поднявшиеся из тоннелей в трущобах кербрийцы оказались окружены со всех сторон. С домов на них посыпались камни и фрагменты черепицы. Благо высоких зданий здесь не было, а броня у северных здоровяков отличалась особенной прочностью.

Свет, источаемый язатами, отгонял от отрядов сикариев лярв, которых попытался натравить на них Сандис. Тёмным духам приходилось довольствоваться обычным ополчением. Лярвы вносили сумятицу в ряды противника, но шаддинцев сейчас на улицах было слишком много, чтобы напугать или задебаффать всех.

Я не сильно сосредотачивался на ситуации у других стратегов. Хватало проблем со своими людьми. Однако они столкнулись с плюс-минус схожими проблемами. Особенно нелегко приходилось отрядам Сандиса в старом городе.

Шаддинцы выложили свой козырь на стол. Они хорошо подготовили эту западню, однако мне тоже было чем ответить. Придется серьезно рискнуть, но если все сработает как надо, то мы сможем переломить ход сражения.

В двух километрах от города уже почти подготовился к вылету особый ударный отряд. Шесть грифонов и пегас. Все мифические звери были послушны благодаря способности моего меча. Они не кидались друг на друга и не пугались.

Я сам вместе с Луной находился на спине грифона Чесушки, который фактически стал моим после смерти прошлого всадника. На другом грифоне уже занял место Ноций.

Ещё на одном крылатом звере в качестве пассажира находилась Арамиа. Там имелся особый груз в виде четырёх модифицированных трупов. Их суставы были защищены накладками на манер гладиаторских маник. К кистям были приделаны короткие, но толстые лезвие с тремя лепестками. Один указывал вперёд, два других по сторонам. Головы защищали трофейные шлемы шаддинских всадников.