Эта речь возымела меньший эффект чем я ожидал. Мораль немного просела у наименее боеспособных элементов вражеской армии. Хм… Странно. Фидаинов тут почти не осталось, а часть армии вообще состоит из наемников. Чем таким вражеские стратеги их мотивировали?

У меня появилась догадка и я поспешил поделиться ей с коллегами:

«Возможно, вражеские стратеги не держатся подальше, чтобы сохранить свои шкуры, а добровольно играют роль приманки».

Это объяснило бы слабую реакцию вражеских воинов на обвинения их лидеров в трусости. Артишборд и компания могли заранее объяснить своим, что мол они не прячутся, а хотят заманить поганых имперцев в ловушку.

Допустим мы попытаемся добраться до шаддинских военачальников с помощью кавалерии, но стоит только нашим всадникам подобраться ближе как вылезет какая-нибудь дрянь.

«Тогда сначала громим толпу жалких варваров, а уже потом всеми силами устроим охоту на пастухов этого стада», — резонно предложил Иворна.

Я был с ним согласен. Если уж ступил на минное поле, то нужно делать как можно меньше резких движений.

Имперская армия выстроилась широким фронтом. Несмотря на то, что враг превосходил нас числом, казалось что наше войско занимало больше пространства. Подразделения маршировали с хорошим запасом дистанции друг от друга. Никто никому не мешался, никто никому не дышал в затылок, тогда как шаддинские пехотинцы толпились.

Легионеры образовали пять крупных построений. Два составили мои воины, два принадлежали Сандису и ещё одно Октану Мерцину.

На левом фланге находилась Орина во главе части ауксилии. На правом шаддинские союзники Иворна и прочие не имперские юниты под его руководством. Также на правом чуть поодаль от основного войска находилась наша кавалерия.

Вопреки обычной практике ставить вперед самые боеспособные подразделения, я постарался на этот раз дать возможность проявить себя мотивированным, но не очень опытным когортам. К примеру, подразделениям Двадцать Пятого и Двадцать Шестого легионов. Пусть это сражение станет для них трамплином для набора опыта.

На марше мы совершили маневр, подальше забирая от засохшего канала, чтобы атаковать армию врага не лоб в лоб, а как бы сбоку. Конечно, у противников будет время перестроиться, но учитывая их печальную дисциплину и отсутствие должной выучки, это могло создать шаддинцам дополнительные проблемы.

Имперская армия двинулась на врага, тут же вызвав просадку морали. Шаддинцев, похоже, напугал широко развернутый строй легионов, который создавал впечатление, что численное превосходство на нашей стороне.