— Ну да, платье, — подтвердила Лика. — В следующий раз я могу не отсылать скотину и овощи с обозом. Договорюсь с Козлятником, чтоб прислал работника присмотреть за фермой, и сама поеду в Харчевню. И мы танцевали бы с тобой в общем зале… Или я буду надевать платье, когда вы приходите в гости. После того, как ты в прошлый раз принёс мне эти журналы… Там все девушки в платьях.
— Ладно, попробую поискать, — сказал я неуверенно.
Мне доводилось таскать всякую чисто женскую одёжку девчонкам из Харчевни, но они всегда точно объясняли, что им нужно. А их клиентам требовались такие журналы, где девушки без платьев.
— Ты только разные хламиды не бери, — заторопилась куда-то Лика. — Я хочу по фигуре. Надо знать объём груди, бёдер и талии, но у тебя ведь хороший глазомер?
Она встала и покрутилась из стороны в сторону, положив руки на талию, давая мне возможность всё оценить. Она, чего доброго, могла и футболку задрать, чтобы я потом размер груди не перепутал, поэтому я поспешно сказал:
— Да я несколько принесу. А ты потом выберешь. Набью целый тюк и повешу его на Тотигая. Пусть отрабатывает лепёшки.
При мысли о том, что его заставят тащить с самого города тюк с женскими платьями, кербер приподнялся на передних лапах, а из его горла вырвался возмущённый рык. Но протестовать в присутствии Лики он не посмел.
— Тотигаюшка, ты прелесть! — восхитилась Лика, принимая его реакцию за готовность ей удружить и приседая возле него на корточки.
Кербер угрюмо посмотрел на меня из-за её плеча. Я в ответ злорадно ухмыльнулся и сделал в его сторону оскорбительный жест средним пальцем.
Бобел подошёл к нам и тяжело опустился на землю.
— Я всё-таки притушил бы свечку, — сказал он. — Неспокойно мне от неё.
Я с радостью согласился.
— Элф мне пообещал в следующий раз платьев принести! — похвалилась Лика.
Бобел глянул на неё, и его каменное лицо смягчилось.
— Да, мы обязательно принесём, — сказал он, после чего судьбу Тотигая можно было считать окончательно решённой.
Я потянулся к свече. Конечно, я не параноик, вроде Бобела, — просто мне не хотелось, чтобы Лика видела моё лицо в том случае, если ей снова вздумается завести разговоры об оседлой жизни, беременности и объёме своей груди.
Глава 12
Когда мы на ферме, то Лику ночью дежурить не пускаем. Ей и так хватает беспокойства, пока она здесь одна, а это почти всегда. Я часто воображал себе, как это бывает. В доме темно, а на постели лежит девушка. Под рукой оружие. Постоянно в одежде и в обуви. Разуться, чтобы отдохнули ноги, можно только когда не спишь и уверена, что поблизости никого нет.