— Жаль. Я встречался с одним созерцателем, который долго жил в Кайрори. Ему стрела попала в руку, так он себе кусок бицепса выпилил недоделанным каменным ножом. И выжил.

— Ну, созерцатели и так против ядов сильны. Слышал, что они и после стрел кентавров оставались живы.

Я поднялся и пошёл к убитому Тотигаем керберу. Здесь можно было кое-чем поживиться, и я принялся снимать шкуру.

— Что ты делаешь? — удивился Тотигай.

— Хочу вырезать рёбра вместе с куском хребтины. Сделаю для Коу корсет. Иначе я не смогу её нести, когда спина совсем размягчится.

— Я считал, мы подождём, пока… Пока…

— … пока сюда явятся другие пхаясо? — закончил я. — Плохо ты придумал. И я не оставлю им Коу, даже мёртвую. Перебьются тем, что мы для них тут заготовили.

— Как полагаешь, они пойдут за нами?

— После того, как увидят здесь эту бойню и следы одного человека с кербером? Вряд ли. Я бы на их месте не пошёл. Но ты держи уши открытыми. Не знаю, смогу ли сейчас общаться с Книгой.

Соорудив корсет, я надел это кровавое жирное приспособление на Коу, закрепил нарезанными из шкуры кербера ремнями и сделал гамак из своего одеяла, чтобы вешать его через плечо и шею. Не лучший способ транспортировки раненых с дыркой в позвоночнике, но девчонке уже ничего повредить не могло. Яд растёкся по телу, боль ушла с лица, только так же текли из тоскливых немигающих глаз слёзы.

Коу была совсем не тяжела. Левой рукой я придерживал гамак, в правой нёс винтовку, готовый стрелять во всё, что будет иметь глупость высунуться из-за скал. Тотигай описывал вокруг меня круги, отрывая нос от земли только для того, чтобы нюхнуть воздух. Мы двигались аккуратно, стараясь выбирать каменистые места, чтобы мои ботинки не оставляли более глубоких отпечатков, чем раньше. Трупоеды не должны были догадаться, что мы унесли Коу, и я хорошо потрудился над тем местом, где она упала. Пхаясо суеверны, как и всякие дикари. Внезапное исчезновение одной пары следов настроит их на мистический лад — пусть думают что угодно. Они увидят, что я каждый раз нападал на их соплеменников неожиданно, что почти никто из них не успел воспользоваться оружием. Да что там — пхаясо прекрасные следопыты и много чего поймут по следам, но я не хотел, чтобы они вычитали на красной земле Кайрори нечто такое, чего им знать не полагалось.

Коу умерла задолго до вечерних сумерек. Умерла всё так же молча, и опустив её на землю, я ещё раз проклял трупоедов с их ядом.

— Быстро, — сказал Тотигай, останавливаясь над нами. — Слишком много отравы для такого маленького тела. Здесь похороним? Смотри, сколько камней.