— Да. Отключил свет во всём доме ради вашей иронии.

Я фыркнула, но пошла за ним.

В гостиной он зажёг свечи. Несколько штук. Пламя дёргалось от ветра, который всё равно где-то пробирался сквозь дом. За окнами уже гремело, а внутри было тихо. Слишком тихо для двух людей, которые давно ходят вокруг друг друга как ненормальные.

— Вы боитесь грозы? — спросил он.

— Нет.

— Лжёте.

— Я не боюсь. Просто не люблю, когда всё резко гремит, мигает и ведёт себя так, будто от меня что-то хочет.

— Похоже на меня.

Я посмотрела на него и рассмеялась. Невольно. И это было ошибкой, потому что на смехе всё внутри становится мягче.

— Вы невозможный, — сказала я.

— А вы всё время это повторяете, будто надеетесь, что однажды я исправлюсь.

— Нет. Я надеюсь, что однажды сама перестану так на вас реагировать.

Он стоял напротив. Свет от свечей делал его лицо ещё жёстче, а глаза — наоборот, теплее. И это сочетание было уже просто нечестным.

— Не перестанете, — сказал он тихо.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я тоже не перестаю.

Гром грохнул где-то совсем близко. Я вздрогнула уже заметно, и Алексис, не спрашивая, взял меня за руку.

Просто взял.

Крепко. Тепло. Без игры.

Я посмотрела на наши руки и вдруг поняла, что если он сейчас ничего не скажет, будет ещё хуже. Потому что молчание рядом с человеком, которого хочешь, — это вообще отдельная пытка.

— Алексис…

— Что?

— Не смотрите на меня так.

— Как?

— Как будто у вас сейчас кончится терпение.

Он медленно притянул меня к себе. Не резко. Не ломая. Так, что у меня было время остановить его. Но я не остановила.

— Оно уже кончилось, Вера, — сказал он почти шёпотом.

И поцеловал.

На этот раз не было никакой осторожной проверки. Всё случилось сразу. Жарко. Жадно. Так, что я сама вцепилась в его плечи и забыла, что вообще собиралась держать дистанцию. Он целовал меня так, будто давно хотел именно этого — без пауз, без лишних слов, без красивой подготовки. И у меня в голове всё поплыло.

Я чувствовала его ладони на своей талии, его напряжение, его сдержанность, которая всё ещё держалась из последних сил, и от этого меня накрывало ещё сильнее.

Он оторвался первым. Всего на секунду. Уперся лбом в мой лоб и тяжело выдохнул.

— Скажи, что мне нужно остановиться.

Я тоже дышала так, будто только что куда-то бежала.

И это был тот самый момент, когда женщина может сделать шаг вперёд и сгореть сразу. Или отступить и мучиться потом.

— Остановись, — прошептала я.

Он замер.

И я вдруг сама потянулась к нему ещё раз. Коротко. Почти зло поцеловала в губы и только потом отступила на шаг.

— Но только сегодня, — сказала я. — Потому что если ты сейчас продолжишь, я потом буду ненавидеть и тебя, и себя.