У этих айтишников ведь своя логика и свой мир… Вот и Цфасман, справедливо считая, что будет незаметен, если оденется как все вокруг, вывод из этого сделал совершенно идиотский: оделся как герой компьютерной игры-нидзя… Мол, тыщи людей в этих уродов играют, глазеют на них в компы, и увидеть еще одного не покажется странным…
Вот такому человеку я вынужден был доверить судьбу Маринки…
Но, кажется, дело он знает…
– Заблокирую в 6 секунд, – говорит Цфасман, – главное, чтоб Рыжик у Трубецкого не работал…
– Какой еще Рыжик?
– Хакеришка один, – говорит Цфасман, – малолетка, но жутко способный, в этих делах он в городе, наверное, один, кто не слабее меня. Работал у Трубецкого, но, кажется, его больше нет в живых…
– За что ж, такого вундеркинда-то?
– Не удержался, увел деньги со счета самого Трубецкого, – засмеялся Цфасман. – А князь такого не прощает…
Цфасман поколдовал над своим планшетом и сказал:
– Все. Хрен они теперь что-то в Интернет выложат…
– Сколько я вам должен? – спросил я.
– Ничего! – громко выкрикнул Цфасман к потолку, написал на листочке кругленькую сумму и приписал каким образом ее надо передать.
По счету на Музей Космонавтики в Калуге. Там надежные люди переведут на счет Международной Космической станции и оттуда американцы, когда будут пролетать над Багамами, пошлют на багамский офшор Цфасману.
Записывая номер, спрашиваю:
– Так Рыжика точно нет в живых или только кажется?
– Понимаете, – говорит Цфасман, – мы всех хакеров знаем по почерку. Рыжик уже 2 месяца не выходит в сеть. А настоящего хакера только смерть может оторвать от интернета…
Киваю. Жду, когда он уйдет и, наконец, звоню Маринке, теперь есть с чем, и чувствую себя пушкинским Дубровским:
– Марина, ты свободна. Они не смогут выложить видео в сеть. Беги. Я жду тебя…
И вдруг слышу:
– Во – первых, не Марина, а княгиня Трубецкая…
– Что-о?
Так вот, оказывается, как это, когда земля уходит из-под ног…
– Сереж, ты пойми и не обижайся, я ведь уже не девочка, а ты… Мне хорошо с тобой, но… Ты никогда… А Князь сделал мне предложение и я согласилась…
Глава 15 «На развилке трех дорог, трех дорог…»
У Чаплыгина был огромный кабинет, с кондиционером и со всеми делами, но сейчас полковнику не хватало воздуха, он все время открывал и закрывал рот, напоминая Карцеву какую-то рыбу типа пираньи, но пираньи беспомощной. Такая пиранья на пенсии, в доме престарелых пираний…
– Что ты на меня смотришь? Ты на карту смотри…
Но Карцев-то как раз старался не смотреть на эту карту с тремя нанесенными им, Карцевым, на нее стрелками… Эти стрелки показывали возможные пути побега Фунтика…