Чуть дольше держались более продвинутые, как правило, из числа майоров. У этих, действительно, были агенты, а не какое-нибудь фуфло. И когда они писали: «Передал Джеймсу Смиту 10 тысяч фунтов на оперативные расходы…» – это было почти правдой. Просто написав это, они давали Смиту штуку, а девять клали в карман… Но рано или поздно Смита брала контразведка страны, где он жил, Смит кололся, называл все, включая имя работника Центра, платившего ему, и за какие деньги продался… Начальство в Центре читало материалы допросов, видело, что суммы не совпадали и… Майоры летели вслед за капитанами…
То, что придумал полковник Чаплыгин, чтобы ублажать свою фотомодель, даже сравнить было нельзя по масштабам…
Но приходилось признать: гениальная идея – не сработала…
Андрей Николаевич нажал кнопку селектора:
– Карцев, зайди ко мне…
Чаплыгин побарабанил пальцами по столу. М-да… Как сказал Сенека? Хочешь отнять мозги у мужика – пошли ему женщину? Интересно, это из личного опыта? Возможно, какая-то такая же, как он сам, древняя римлянка в это время самому Сенеке мозг выносила…
По-любому, Сенеке было легче: он не работал в ФСБ…Чаплыгин вздохнул. И вдруг подумал еще дальше, чем смог дотумкать Сенека: а не послал ли ему, Чаплыгину, эту Любу не Бог, а тот же Карцев? Чтоб подставить и ждать, когда Чаплыгин споткнется, и сесть на его место?
«Не идет Карцев, тянет, видно, знает, что я в нетерпении и наслаждается моментом!» – недобро подумал полковник…
Глава 4 «Вставай, подымайся…»
От запаха тушеной капусты хотелось лезть на стенку…
– Могли бы найти для нас другое помещение!. Так унижаться – гримироваться на кухне, среди кастрюль, – чуть не плача говорит Марина, – нет, Гаврилов, ну всему же есть предел!
– Марин, да хоть где гримируйся, – говорю я, тщательно замазывая вчерашний фингал, – выступать перед богатыми – всегда унижение…
Она поворачивается ко мне:
– Это правда. Да. Вот почему так, Гаврилов?…
– Да потому, что унижает уже сам факт, что они, богачи, нанимают тебя, чтоб ты их обслуживал. Фактически – это та же проституция. Получите удовольствие за ваши деньги…
– Я не проститутка! Не надо меня оскорблять, Гаврилов!
– Ты спросила – я ответил. Да, они унижают нас уже самим фактом своего существования…
– Как это? – не поняла Марина.
– Богаче – значит, успешнее, умнее, ловчее, чем мы…
– Сереж, ну что ты такое говоришь? – Марина поворачивается ко мне одним накрашенным глазом. – Вот у меня подружка за богатого вышла…
– Ты, конечно, про Алевтину…
– А что ты так улыбаешься?
– Как?
– Криво так! Да, конечно, про Алевтину.