– По этой трассе надо проверить всех стариков, – сказал Чаплыгин.
– Это нереально, – буркнул Карцев, – у нас страна пенсионеров. И у нас только трое агентов. Кстати, из тех же, из дедуль…
– Тогда только тех, у кого дергается глаз, – сказал Чаплыгин.
– А вот это мудро, – улыбнулся Карцев. – И почему мне это в голову не пришло… Вроде одну школу кончали, на одной парте…
– Ну, – довольно усмехнулся Чаплыгин, – не случайно ж я полковник, а ты только…
Карцев не стал дослушивать, кто он, и отправился звонить агентам…
– Обращайте внимание на всякие сексуальные подвиги, ну если кто-то ведет себя – типа Распутин, – говорил он…
И тут Чаплыгин сказал:
– Стоп! Эврика! Кажется, я знаю, куда он двинул!.. Ты говорил ему, куда подбросишь бутерброд?
– Ну, конечно! Еще советовался, можно ли на землю класть, ну, не повлияет ли влажность…
– Поехали! – заорал Чаплыгин. – Оставь только агента в аэропорту! А двое пусть прочесывают все вокруг «Черного лебедя! Квартал за кварталом!..
– Квартал за кварталом два агента, да еще не профи, будут всю жизнь прочесывать, – сказал Карцев, одновременно в тысячный раз листая дело Фунтика. – Стоп! И третьего из аэропорта тоже можно сюда!
– Почему? – спросил Чаплыгин. И тут же, почувствовав, что со своим «почему» выглядит идиотом рядом с Карцевым, напыжился и продолжил небрежно:
– Просто хочу проверить, правильно ли мыслишь, Карцев.
Несмотря на драматизм ситуации, Карцев улыбнулся:
– Вот тут в его деле сказано, что он жутко боится высоты и никогда не летал… Не фига ему в этом Шереметьево делать…»
Глава 16 «Постой, паровоз, не спешите, колеса…»
Я на вокзале… Решаю уехать, куда глаза глядят. Вернее, в этот идиотский Тамбов. Тут меня больше ничего не держит… Марины больше нет для меня…
Билетов для меня тоже нет, как выясняется… Это говорит мне в окошко кассирша:
– Билетов нет на сегодня, только на завтра!
Мне никак нельзя завтра, если я не уеду немедленно, обязательно натворю делов, полезу похищать Марину – я себя знаю.
Я молчу. Она видит в окошко мое огорченное лицо и дергающийся глаз…
…У нее, оказывается, совсем крошечная каморка и единственная возможность хоть как-то поместиться вдвоем – это если я пристроюсь сзади нее, а она высунет голову в окошко кассы…
За тоненькими перегородками с обеих сторон сидят ее коллеги-кассирши, прямо над ней на втором этаже начальник вокзала какой-то Приходько… Поэтому она старается не стонать от удовольствия, но у нее это плохо получается…
К ее окошку подходили люди:
– Скажите, есть билеты на Тамбов?
И она отвечала:
– Нету! Ах! Ох!..
– Чего это она? – спрашивали друг у друга несостоявшиеся пассажиры, – ахает, охает…