— Мам, получилось гораздо лучше, чем мы предполагали, — вернувшись в субботу домой и устроившись за столом на кухне, заметила Влада.
Марьяна покивала с набитым ртом, дожевывая свежие, нежные булочки с ягодами, которые мы прихватили на обратном пути в любимой теперь кофейне около Новгородского Кремля.
— Дети довольны, сама отдохнула — чего еще желать, а, Наталья Михайловна? — хмыкнула я, принимаясь за приведение жилища в относительный порядок.
Вечер субботы Влада провела в дистанционном общении со своими репетиторами, а Марьяна ускакала на тренировку.
В доме воцарилась тишь, гладь и божья благодать.
Поэтому мать смогла спокойно заняться уборкой, стиркой и приготовлением к рабочей неделе — это ли не мечта?
Удивительно, глядя, как сейчас удобно и комфортно устроена наша обычная жизнь, удивлялась:
— На фига мы Костю столько терпели? Ухаживали за ним, беспокоились, берегли… эх, дура ты, Карельская. Как есть дура старая.
Ну, ведь, правда, если мне нужен электрик, сантехник, грузчик или сборщик мебели — я зову специалиста. Точно так же, как и раньше. Как всегда в своей самостоятельной жизни.
Нет, явная и неоспоримая польза от Чарторыйского была и есть: он подарил мне двух дочерей, научил сворачивать горы и совершать невозможное, ну и не верить мужчинам. Молодец, короче.
Мир мы с ним не покорили, но некоторую известность приобрели, ага.
То есть предсвадебный план выполнили, хотя бы частично.
— Раз Константин Станиславович теперь — «государев человек» федерального уровня, то пусть дальше мир покоряет самостоятельно, — хмыкнула, сидя вечером в последнее воскресенье каникул на балконе с чашкой чая, — а я наконец-то о себе подумаю.
Тем более, я точно знаю: никогда не поздно начать заниматься любимым делом, или хотя бы тем, что тебе действительно нравится.
Пока мы гуляли по узеньким, тихим и спокойным улочкам исторического центра Великого Новгорода, я все пыталась понять: было ли в моей жизни время, когда я была безусловно счастлива работать. И чем я тогда занималась?
Да, тот неожиданный момент открытия истины я запомнила, потому как для начала чуть не свалилась в Волхов с моста, ведущего к воротам Кремля.
Из-за того, что резко остановилась, потрясла головой, вздрогнула, нелепо взмахнув руками, отшатнулась от прогуливающегося народа и чуть не навернулась через перила. Потом какое-то время бездумно таращилась в пространство, пока дочери, уже утопавшие далеко вперёд, не спохватились, что старая мамочка где-то по дороге отвалилась от компании.
— Мам, что? — тормошили они меня в четыре руки, а я только глазами хлопала в изумлении.