— Наталья, тебе еще хорошо бы пойти на пару интересных проектов в нашем «Институте гештальта», — напутствовал меня дорогой научник на прощание.
Поэтому я, конечно же, записалась и туда.
Выстроив и согласовав со всеми учебными заведениями более-менее приемлемое новое расписание повышения квалификации, я отправилась на ковёр к Шефу со словами:
— Дорогой Николай Сергеевич, увольняюсь!
Он почесал в затылке и хмыкнул в усы:
— Что-то подобное я от тебя ожидал, но хотелось бы подробностей.
После того как я изложила основные тезисы моего будущего, Николай Сергеевич не был бы собой, если бы не предложил несколько оптимизировать мои идеи:
— Давай ты станешь работать до четырёх и таким образом успевать на все свои лекции. А в качестве компенсации сокращенного рабочего дня, раз в месяц будешь устраивать тренинги личностного роста для персонала, начиная с руководящего звена. А как всех облагодетельствуешь, тогда можешь увольняться.
— Так это ж когда будет с учётом нашей численности? Это год, а то и полтора! — сначала впала в ступор.
Уж больно неожиданное предложение и сильно поперек всех моих идей и планов.
— Ну, так и отлично! — любимый начальник усмехнулся. — К тому времени все свои этапы повышения квалификации пройдёшь, кабинет психотерапевта себе заведёшь, клиентуру соберёшь. Возможно, даже из дорогих коллег. Мы утрём скупую слезу и отпустим тебя в свободное плавание.
Да уж, Шеф у меня хваткий и весьма креативный товарищ, но идея его показалась интересной, хотя бы из-за того, что сейчас, на этапе обучения, у меня по-прежнему будет моя приличная зарплата. Ну и возможность «потренироваться на кошках» тоже очень кстати. Где я возьму столько вынужденных клиентов? А у этих просто не будет выбора, ха.
На том и порешили.
Так что теперь у меня три раза в неделю были вечерние лекции, два раза в месяц — субботний «интенсив» с девяти и до «как пойдет». А в первое воскресенье месяца я проводила тренинги для коллег на основном месте работы.
В те субботы, когда я не могла посещать игры Марьяны, туда исправно ходила Влада. А после мероприятия дочери дружно слали мне фотографии, как они, вместе с Мирославом Илларионовичем и коллегами по команде, в случае победы ходили в ближайшую пиццерию, отметить это дело.
Если девчонки проигрывали, Муромов устраивал им разбор полётов и сдержанную выволочку, примерно на полчаса, а после этого разгонял по домам.
Мои шли в кафе: выпить какао, пожаловаться друг другу на мировую несправедливость и утешиться плюшками. Оттуда тоже присылали видео и фоторепортажи.
Да, жизнь моя заложила крутой вираж. Снова.