Я представил картину и поежился. Уточнил:

— А кого он просил отдать?

Николай пожал плечами:

— Никто не понял. Не ищи здесь смысл. Этот псих много бреда нес. Просто патологоанатом хорошо запомнил именно эту фразу, потому что та адресовывалась ему, когда «мертвый» пациент его чуть не удушил.

— Да уж… Попробуй тут не запомнить. Оно, наверное, ему насмерть теперь в память врезалось.

— В третий раз наш буйный угодил в психушку уже после смерти тётки. Может, расстроился и опять поплыл, а может, еще чего триггером послужило… Выл, не переставая — «потеря», «поте-е-еря», рвал на себе волосы, — Николай покрутил пальцем у виска. — Так или иначе, выписали Мещерского оттуда всего пару месяцев назад. И почти сразу начались эти бредовые письма Одинцову. Требовал вернуть матушку.

— Матушку? — удивился я. — Разве не тетушка умерла? Не ее он хотел вернуть?

— Ну, может, она ему матушку заменила, — не смутился парень. — Там родни живой у них почти не было, так что выбирать не приходится. Да и разве мог Одинцов ему вернуть кого-то из мертвых?

— Тоже верно, бред, — пожал я плечами. — А тетка не могла продать, ну, допустим, фото его матери в позолоченной рамке? Как экспонат? Антикварную вещь…

— Вот уж не знаю, ничего не скажу. Бухгалтерскую книгу Одинцова проверили вдоль и поперек, если бы нашли фамилию Мещерских в списках покупателей или продавцов, я бы знал. Но ты можешь просмотреть еще раз. Я тебе все на электронку перешлю. Или факсом. Есть?

— Нет, мне только телефон провели. Ты шли, я потом на принтере распечатаю. Настя должна была уже подключить.

— Настя? — брови Николая поползли вверх, на губах появилась хитрая многозначительная улыбка.

— Секретарь, направленный от Санкт-Петербургской митрополии, — пояснил я. — У нас чисто рабочие отношения.

— Тю. Я уж подумал, что вы, господин реставратор, у нас ходок. Пару дней в столице, и уже… «Настя подключит».

Теперь отмахнулся я.

— Молоденькая хоть? Или как эти… бабушки на кассе? — продолжил допытываться Николай.

— А ты любишь постарше? — решил подколоть я. — Познакомить? Сам и проверишь. Бабушка там, тетенька или киборг-убийца.

Он рассмеялся.

— Ладно, ладно. В твои дела не лезу. Но как-нибудь обязательно загляну к вам в офис.

Он вопросительно посмотрел на меня, явно ожидая приглашения.

— В мастерскую, — поправил я. — Всегда рад тебя видеть. Но сразу предупрежу, моя Настя — как твой дядька.

— С ней не забалуешь?

— Абсолютно точно.

— Это даже к лучшему, люблю горячих женщин, но…

— Но?

Николай раздосадовано вздохнул.

— Ты сказал «моя». А значит, мне в это лучше не лезть.