Я с интересом посмотрел на него:
— Та самая шкатулка?
— Да. И Сергей Степанович хочет ее отреставрировать, поэтому ищет надежного специалиста. Шкатулке нужна бережная рука мастера. Время никого и ничего не щадит… Кое-где сколы пошли, камешки выпали. Местами металл погнулся. Нужно чтобы вы ее восстановили. Справитесь?
— Почему бы и нет? С радостью возьмусь за это дело.
Декан сложил на столе ладони в молитвенном жесте:
— Отлично! Кому попало доверять ее не хочется. Сергей давно собирался отреставрировать вещицу. А я как раз о вас упоминал, он очень оживился и попросил меня подкинуть работенку молодому специалисту. К тому же после новостей об Одинцове…
Фамилия мертвого антиквара заставила насторожиться:
— О как это связано? — уточнил я.
— Ой, — отмахнулся Александр Анатольевич. — Дело это темное. Может быть, слышали… Совсем недавно, нашли мертвым одного очень известного в нашем городе антиквара. А я ведь даже пару раз сам к нему в магазин заходил, и коллекцию его видел.
— Так а как он тут причастен? — не понял я.
— Да так… Сергей же у него эту самую шкатулку и приобрели. Давно, конечно, но все равно. У Одинцова диковинки покупает все высокое общество Петербурга…
Декан замялся и добавил:
— Вернее, покупало. Так что в Питере не найдешь ни одной родовитой семьи, кто бы не был клиентом Одинцова. У меня у самого есть старинная икона в серебряном окладе, купленная у него еще лет десять назад… В общем, это дело может стать для вас очень выгодным.
— Почему?
Декан хитро улыбнулся:
— Потому что после смерти Одинцова реставрация предметов его бывшей коллекции может заинтересовать репортеров, а сторонний человек может охотно подкинуть им информацию, что в городе есть реставратор, которому по плечу работа с диковинками покойного антиквара.
Я потер подбородок задумавшись.
Все это показалось мне все более странным. И интуиция, которая просыпалась только в важные моменты, сейчас тоже начала подавать робкий голос. Она не вопила о том, что шкатулка как-то может быть связана с загадочной смертью антиквара-коллекционера… Ничего такого. Но что-то внутри настойчиво говорило о важности этой вещицы.
— Шкатулка у вас с собой? — уточнил я у декана. Александр Анатольевич указал на вешалку, где висели пиджак и бумажный пакет:
— Конечно. Вам ее сразу отдать?
Я пожал плечами:
— Сейчас я пока еще не загружен работой. Так что с радостью могу взяться.
Он с облегчением откинулся на спинку дивана:
— Спасибо вам, Алексей. Я ваш должник.
— С кем мне обсуждать детали реставрации? — уточнил я.
Декан вытащил из кармана блокнот и ручку, открыл записную книжку: