— Не бойся, — продолжил я, не дождавшись; погладил её по волосам. — Всё будет хорошо. Штурмовать больницу не посмеют. А если всё же решатся, у нас хватит сил, чтобы отбиться.

Она закивала, потом снова мотнула головой. Каштановые волосы разлетелись у неё по плечам.

— Да я не из-за этого, — проговорила она, убирая ладони от лица.

Глаза её как-то странно блеснули.

— Я должна тебе что-то сказать…

Она схватила меня за локоть, потом сразу отпустила. Она была итальянка, и руки были нужны ей для жестикуляции.

— Понимаешь… — Слёзы блестели у неё в глазах, но катиться оттуда перестали. — Понимаешь, Нико… Ты спас Альдо Моро, ты настоящий герой. Но я… Так получилось, что я полюбила другого человека…

Это была новость так новость. Я застыл, привыкая к услышанному. И пытаясь разобраться, что я по этому поводу чувствую. Разобраться пока не получалось. Сначала надо было хоть немного привыкнуть.

Франческа смотрела мне в глаза. Она была очень красива в эти минуты.

— Этот человек доктор Марко, — сказал Франческа. — Прости… И отпусти меня, пожалуйста…

Я помолчал. Вздохнул и помолчал ещё. Потом улыбнулся и протянул ей руку.

— Тебе не за что извиняться, — сказал я. — Это твоя жизнь, и я на тебя не в обиде. Будь счастлива. Мне было хорошо с тобой.

Что ж, подумал я. Так оно, пожалуй, даже и лучше. Потому что… Да понятно же, почему.

Да, это было очень правильно. И вместе с тем очень печально. Но больше всё-таки правильно. Пусть Италия будет для итальянцев — и всех остальных, кто здесь проживает.

А семидесятые — пусть они будут для семидесятников. Сам я всё-таки из другого времени.

* * *

Четыре дня спустя я стоял на причале. Волны хлопали о бетон, солёный ветер холодил лицо. Небо на востоке окрашивалось алым цветом, медленно, но неотвратимо.

Позади меня громоздился военный корабль. Трап был спущен, рядом с ним дежурил матрос. Лицо у матроса было молодое, веснушчатое и нездешнее. А сверху над кораблём хлопал на ветру красный флаг.

Я ждал. Сюда, на причал, должны были привезти одного человека.

Прошедшие четыре дня оказалось очень насыщенными.

Сначала премьер-министр Моро дал пресс-конференцию, а затем выступил в парламенте. Там он почти слово в слово повторил речь, которую произнёс на больничном балконе. О том, что некоторые страны ведут себя по отношению к другим, как бандиты с большой дороги. О том, что грубо вмешиваться во внутренние дела государства Италия неприемлемо. О том, что друг познаётся в беде. И теперь понятно, кто у итальянской республики настоящие друзья.

А ещё, конечно, о безъядерном статусе Италии.