С трибун на меня смотрели насмешливо и высокомерно. Эти властные люди презирали аутсайдеров. Мне показалось, что не свистят и не улюлюкают они только по причине своего общественного статуса — для них это было бы несолидно. Потом кто-то всё-таки засвистел. Я взглянул: это был Тони Бертолето, человек из Бригад. Как настоящему левому радикалу, общественные условности было ему побоку.

Минута передышки пролетела быстро.

Второй раунд стартовал так же, как протекала середина первого. Видимо, Джакомо-чемпион составил себе план и теперь его придерживался. План, насколько можно было предполагать, состоял в том, чтобы во втором раунде просто поиграться и покуражиться. И ещё в начале третьего. А к концу третьего раунда взорваться мощной атакой — и вышибить из меня дух, как и было заказано хозяином.

На этот план у меня имелся свой контр-план. Я надеялся всё решить уже в конце второго раунда. А если получится, то даже и не в конце.

* * *

Джакомо был крутой боец. Опытный, сильный, резкий. И он был погабаритнее меня. Имелись у него и другие преимущества. Например, он бьётся на своей территории, его здесь поддерживают. При спорных обстоятельствах рефери встанет на его сторону, в этом можно было не сомневаться. При равной силе соперников такие факторы могли склонить чашу весов в его сторону. И как сложится наше столкновение, знай он реальные возможности Николая Смирнова, можно было только гадать.

А гадание меня в этом деле не устраивало.

Пусть думает, что ему противостоит всего лишь продвинутый любитель. И пусть осознает свою ошибку только тогда, когда будет уже ничего не исправить.

А пока мы двигались друг напротив друга, посматривая поверх поднятых к лицу кулаков. В атаку я не лез. Задача моя была и так непростой. Нужно было отбиваться — причём делать это как будто на пределе своих сил и возможностей. И при этом не переиграть. Вроде бы, это у меня получалось.

Джакомо, успевший раза три пробить, как ему казалось, мою защиту, стал постепенно входить в раж. Руки его мелькали всё быстрее. Ш-шуг! Ш-шуг! — свистело у моего лица. Бум! Бум! — попадало в плечи. И, что было важнее, ноги моего противника взлетали в ударах всё выше. Это говорило о том, что он перестал меня опасаться. И это было очень правильно.

В какой-то момент, отражая очередную атаку, я рефлекторно сократил дистанцию. Рука Джакомо оказалась над моим левым плечом, моя правая застряла у него под мышкой. Мы вошли в клинч. Это было ещё не то, чего я ждал. Но не воспользоваться этим было тоже нельзя. И пока перепуганный молодой рефери догадался остановить бой и дать нам расцепиться, я успел сунуть противнику кулаком в правый бок. Был это не убийственный, решающий исход удар. Я просто создал небольшой задел — на близкое будущее.