— Эй, — я взял её за плечи и слегка встряхнул.

Это тоже не очень помогло. Она впала в состояние, близкое к аффекту. А этого было сейчас не нужно. Тогда я схватил замершую маленькую руку и потащил девушку за собой. Сначала она покачнулась и чуть не упала. А потом пошагала, быстро и послушно.

Мы не стали спускаться по лестнице с трупом. Направились через пустую площадку к другому спуску. Никого не встретив, сбежали по ступеням в самый низ. Прошли мимо закрытых киосков и торговых лавок. Показались ворота стадиона, турникеты. Билетёр посмотрел на нас с удивлением, но ничего не сказал.

На пустой площади перед стадионом ветер гонял бумажки и прочий мусор. Моя спутница молчала. Я повёл её дальше, и мы вышли к улице, где горели светофоры и ездили редкие машины.

— Как тебя зовут? — Я отпустил её руку.

Мы продолжали идти рядом, но уже не так быстро.

— Франческа…

Она ответила после продолжительной паузы, заставившей подумать, что шок у неё ещё не миновал. Я присмотрелся к ней. Выглядела она лет на двадцать пять. Среднего роста, стройна и, пожалуй, красива. Даже несмотря на немного потерянное выражение лица.

— Я Нико, — представился я. — Франческа, дай мне, пожалуйста, пульт от взрывателя.

Она посмотрела мне в глаза. Во взгляде читалось сомнение. Потом она решилась и протянула мне штуковину, за которую пять минут назад её едва не зарезали широким ножом. Это был чёрный пластмассовый кругляшок в передвижным тумблером.

Я вскрыл заднюю крышку, оборвал проводки. Потом разжал ладонь. Устройство стукнулось о тротуар, захрустело под моими подошвами и превратилось в кучку мусора.

По тихой и немноголюдной сейчас улице мы пришагали к моему «Фиату». Франческа постояла у открытой мною перед ней пассажирской двери, потом забралась в салон. Я обошёл машину, уселся за руль и закрыл дверь.

И звук от захлопнувшейся водительской двери как будто послужил неким сигналом. Потому что Франческа вдруг уронила лицо в ладони и затряслась в бурных рыданиях.

— Эти, там… Они были враги… — доносились сквозь рыдания невнятные слова. — Мы решили… Это казалось правильным… Но там, там…

Я протянул ей платок, она схватила его и тут же залила слезами.

— Я посмотрела на них… — продолжала Франческа, и руки её дрожали. — Они шли туда… Подростки, буквально дети… У меня брат такой же…немногим младше…

Она совсем захлебнулась плачем, плечи её крупно задёргались. Я непроизвольно потянулся приобнять её за плечи, как-то утешить. Потом мне подумалось, что это моё движение она может истолковать неправильно. И тогда это не успокоит её, а напугает и смутит.