Я замолчал, собираясь с мыслями. Да, когда случилось похищение, премьера предали многие. В том числе и те, кого он считал своими близкими соратниками.

— А вы сами, простите, кто?

Воспользовавшись паузой, осмелевший Моро задал логичный вопрос.

— То есть, я хотел сказать: какое государство или, может быть, организацию вы представляете?

К тому, что этот вопрос возникнет, я был, конечно, готов. И ответил на него так, как собирался изначально:

— Это не имеет значения, господин премьер-министр. Куда важнее то, что я сейчас говорю.

Дальше я попытался убедить его, что угроза реальна и очень серьёзна. Чтобы он прислушался — и отложил все намеченные на ближайшее время встречи. В крайнем случае, принимал бы посетителей здесь, у себя в резиденции. И чтобы он, за ради бога, поменял свою охрану. И максимально её усилил. Сам факт того, что я прошёл сюда и беседую сейчас с ним, говорит о многом.

Всё плохое должно случиться в ближайшие дни. Надо постараться пережить это время без трагических потерь. А дальше — будет видно. Об этом я тоже ему сказал.

— Если существует возможность отправиться в заграничное турне, это было бы отлично, — добавил я. — Вы нужны своей стране, сеньор Моро. Поэтому вы должны сохранить себя. А для этого обязаны думать о своей безопасности.

Тут за дверью послышался неясный шум. По коридорному паркету зашелестели шаги. Я повернул голову, привстал с кресла. Потом расслабился: опасности человек за дверью не представлял.

Дверь распахнулась. В комнату заглянула женщина, невысокая и светловолосая. Немолодая. Одета она была в домашний халат.

— Кто у тебя здесь, Альдо? — спросила она, всматриваясь и близоруко при этом щурясь.

Она рассмотрела меня. То, что она увидела, ей очевидно не понравилось.

— Кто это такой? — повысила она голос. — Американцы снова взялись тебя запугивать? Уже прислали кого-то прямо сюда, к нам домой. Мерзавцы!

Её лицо сердито нахмурилось.

— Я позову Виченцо, пусть выпроводит его.

— Не надо, — устало ответил Моро. — Виченцо тут не поможет…

Женщина озадаченно заморгала. Но отступать она не собиралась.

— Как вам не стыдно! — напустилась она на меня. — Оставьте человека в покое!

Было похоже, что она вот-вот набросится на меня с кулаками.

— Тише, тише, Элеонора! — встал Моро у неё на пути. — Успокойся, дорогая. Всё хорошо. Этот человек… Он не от американцев. У нас тут всё нормально, мы уже заканчиваем.

Он мягко, но неуклонно выпроводил женщину за дверь.

— Иди, иди… Я сейчас тоже приду.

Сердитые шаги прошуршали и стихли.

Премьер-министр посмотрел на меня поверх своих узких очков. Теперь взгляд его был спокоен. И проницателен.