— Слушай, — прошептала я, — ты ведь, кажется, любишь блестящее? У твоего бывшего хозяина на чашке как раз блестящий серебряный ободок. А ты умеешь летать. Сопоставь факты.

Ворон издал тихий, вопросительный карк.

— Мне нужно, чтобы ты отвлёк его. Совсем ненадолго. А я пока… — не договорила, но выразительно покосилась на склянку в кармане.

Ворон перевёл внимание на чашку, потом на Кайра, потом снова на меня.

— Только без фокусов, — добавила я. — Никакой кражи булочек или яблок. Просто отвлеки его, хорошо?

Ворон издал короткий, утвердительный карк и перелетел на спинку соседнего стула. Я выпрямилась, нацепила самое беззаботное выражение лица, какое только смогла изобразить, и направилась к столику несносного Вэлариса. Он заметил меня, когда я была уже в двух шагах. Взгляд старшекурсника сфокусировался с задержкой в долю секунды. Видимо, прежде его мысли действительно витали где-то далеко. Но вместе с моим появлением маска ледяного превосходства начала возвращаться на место. Хотя я не стала дожидаться, когда она окончательно застынет на холёном аристократическом лице.

— Вэларис! — произнесла я нарочито громко, плюхаясь на стул напротив. — Какая неожиданная встреча. Сидишь, чай пьёшь. Или не пьёшь? Чашка-то полная. Остыл, наверное. Может, новый принести?

Некромант смотрел на меня с выражением, которое я могла бы расшифровать не то как раздражение, не то как усталость, не то что-то совсем иное. Но то, что энтузиазма по поводу моего щедрого предложения в нём не числилось ни капли — факт.

— Что тебе нужно, Рэйвенхарт?

— Мне? — прижала я руку к груди. — Ничего. Совершенно ничего. Просто проходила мимо и подумала: дай-ка подойду. Мы же теперь друзья, правда? После всего, что между нами было. Кладбище, башня, то как ты мне под юбку забрался, усадив на чужой стол…

— Ты пришла напомнить мне о моих грехах? — приподнял бровь некромант, к сожалению, ничуть не проникнувшись моим старательным представлением. — Я их и так помню.

— Нет, что ты! Я пришла спросить… — на секунду замялась, лихорадочно придумывая, что бы такое спросить, — …как твои дела? Как учёба? Как жизнь? Что новенького?

Он… моргнул. Видимо, вопрос «как твои дела» из моих уст прозвучал настолько неожиданно и нелепо, что старшекурсник на секунду потерял бдительность. Зато Архон, благослови боги Тайрина его пернатую голову, аккурат в этот самый момент спорхнул со спинки стула и приземлился прямо на стол, между чашкой и сахарницей.

Кайр перевёл взгляд на ворона.

— Архон?

Фамильяр склонил голову набок и издал короткий, вопросительный карк. Потом переступил с лапы на лапу, задел крылом чашку и уронил ложку на пол. Кайр наклонился, чтобы поднять её. А мой лучший фамильяр в мире (даже если кое-кто с этим категорически не согласен), в этот момент ловко перевернул склянку, которую я едва успела вытащить из кармана и поставить на край стола.