Да, тут без специального средства не обойтись, приятель. Не знаю, насколько жир гипноудава способен помочь кошаку, но это хотя бы природный продукт, а не химия пилюль. Вытащил флягу. — Будет больно, — предупредил пациента и принялся оч-ч-чень нежно наносить мазь на раны. Барс выказывал недовольство весьма вяло и попыток отмахнуться от врача не делал. В итоге нанес жир на все его раны и даже лапу помазал. Лекс утверждал, что средство еще и кости помогает сращивать. — Ну что ж, пострадавший… Теперь — только покой и никакого мяса до завтрашнего утра. Вожак что-то проворчал по-своему, и осторожно улегся на живот. — А мы, пожалуй, пойдем. День короткий, а вызовов еще очень много. Так что не обессудьте, — уходил, пятясь и стараясь не выпускать из виду напрягшихся самок, от которых уходила добыча. Самец снова рявкнул, повысив голос, и его дамы тут же присмирели, усевшись с самым невинным видом. «Вот это дисциплина! — мысленно восхитился я. — Они даже больного его боятся. Наверное, уважают сильно» Задерживаться в гостях не стали ни одной лишней секунды. Только удалившись от площадки на приличное расстояние, ощутил, что от пота вымок до нитки. — Дмилыч, у тебя с головой все в порядке? — наконец опомнился Алкос. — Нет. А «нормального» ополченца сожрала бы та тварь, но еще раньше пристрелил бы Викт или заглотил гипноудав, — нервы точно сдали, поскольку я не собирался вываливать откровения на этого типа. — А у тебя были другие идеи? — Конечно. Спрыгнуть с площадки и разбиться к чертовой матери. — И что остановило? — Ни разу не видел, как лечат барсов. Хотелось досмотреть, чем все закончится. — Досмотрел? — Ага. Вот теперь думаю, обратно нас пропустят или сожрут? Я ведь другого пути назад не знаю. — Что ж ты сразу не сказал — я бы ему диету на неделю прописал. — Дмилыч, — снова обратился аналитик. — А как ты спасся от гипноудава. — Убил его раньше, чем он меня. — Ты точно ненормальный! — Как будто я спорил. И вообще, надо бдеть молча, а не лясы точить! — отшил я Алкоса. «Автономка, а мне за лечение братьев наших меньших ничего не положено? Согласись, явление неординарное» — стоило немного прийти в себя, и во мне проклюнулись ростки стяжательства. Наверное, от нервов. «За предотвращение схватки, не имевшей шанса на выживание, ополченцу Дмилычу начислены преференции в копилку разума. За преодоление страха при контакте с раненым хищником присвоен второй уровень в умении 'цепкость», — сообщила система. Я не совсем понимал, какая связь у преодоления страха с цепкостью,