Пойду хоть гребешок один на память срежу. Во мне вдруг проснулся коллекционер, и к чешуйкам пумы решил присоединить одну из ярко-синих пластин, торчавших из шеи чудовища. Они были жесткими и завоняться точно не должны . Выбрал самую мелкую возле головы, достал складной нож, приобретенный в Локанде, принялся резать… «Информация не для разглашения. Глаза этой твари имеют особую ценность из-за хрусталиков. Стоимость — десять тысяч упсов каждый». Чуть не порезался, прочитав сообщение. — Но это трофеи Кента, — прошептал еле слышно. «Любой другой, узнав о кристаллах правду, не проживет и недели». Так и хотелось спросить, как резервная система могла строить предположения о судьбах людях, подключенных к главной, но понимал, что ответа не будет. Пришлось быстро и незаметно от остальных извлекать ценную добычу. Заодно понял, почему не удалось лишить монстра зрения: веки у него были бронированные. — Юнга, долго копаешься! Ждешь еще одного гостя? Спрятал добытые трофеи и догнал своих. Сразу обратил внимание на подавленное состояние Ларики — похоже, она плакала. — Эй, подруга, ты чего? Все ведь хорошо закончилось! — У вас — да, а я… Я просто струсила. Когда он хвостом перед лицом ударил, когда землю своим ревом пробуравил… — бормотала девушка между всхлипами. — Вы сражаетесь, от меня, дуры, его уводите, а я пошевелиться боюсь. Обрадовалась — богатой стану, новая жизнь настанет… А то, что за эту новую жизнь еще сражаться нужно… От меня никакой пользы в отряде, я… Она была на грани истерики, и я знал всего два средства ее прекратить. От первого отказался, как-то не хотелось отвешивать девушке пощечины, поэтому подошел, схватив за плечи, развернул к себе и крепко поцеловал. По-дружески. Ларика сперва ответила, но через несколько секунд вырвалась из объятий. — Не стою я твоих утешений, Дмилыч. Не надо! Под взглядом, которым меня одарили, понял — лучше бы влепил пощечину. А девушка продолжила натиск: — Помнишь, ты спрашивал о секретах? Так вот, прибилась я к вам сначала не по своей воле, а по приказу некоего банкира, чтобы следить за Кентом. — Георг постарался⁈ — со злостью спросил наставник. — Я задолжала его банку две тысячи, плюс проценты, которые росли с каждым месяцем просрочки. У меня не было шансов, а тут — полное прощение долгов всего за пару недель… — И что ты ему рассказала? — нахмурился Кент. — Почти ничего. Как только получила деньги за трофей, сразу вернула долги. Послала и деньги, и Георга. — А он так покорно и отстал? — продолжил спрашивать наставник. — Нет,