воина Кента, деньги уплачены… Тон речи мужика и его манера держаться мне не понравились до жути. «Да кто он такой⁈ Ни ростом, ни статью не вышел, а гонору! Прямо не люди перед ним, а отбросы. Да я…», — хотел достать глок, но руку перехватил наставник, а вторая с привязанной лопаткой была сейчас прижата к груди. — Нет у меня больше стадий возрождения, зато имеется предложение, — вымолвил Кент, — прикрыв меня собой. — Готов его выслушать, — согласился киллер, — сегодня имею несколько минут свободного времени. — Я понимаю, что репутация у тебя — поганее не бывает, но ухудшать ее и дальше ведь не стоит? — Допустим, — произнес незнакомец после короткой паузы. — И что ты предлагаешь? — Если воин вызывает десятника на дуэль, система не начислит тебе штрафа за убийство. — А взамен? — спросил киллер. — Ты не убьешь моего ученика, как бы несносно он себя ни вел. — Договорились, — быстро согласился десятник. — Я, воин с позывным Кент, вызываю на поединок до окончательной смерти десятника с позывным… — Викт, — назвался тот. —… на поединок до окончательной смерти, — повторил наставник, — десятника с позывным Викт. — Вызов принят, — произнес киллер. — Даю пять минут на подготовку и начнем. Викт отошел в сторонку. — Дмилыч, извини, не дали нам договорить. Одно прошу: не вздумай нападать на этого десятника, лучше уходи прямо сейчас. Дашь ему повод — и он так покалечит, что не один месяц потратишь на лечение. — Кент, что за поединок? Ты мне еще должен рассказать… — Я тебе действительно много должен, Дмилыч. Жаль, не все долги мы успеваем отдать, матрос. Но я был рад сражаться с тобой рядом. Прости. В это время по сети прошло сообщение о сдаче редозита на сумму сто девяносто тысяч, после чего Кент грустно улыбнулся: — Хоть перед смертью стал богатым. — Да что ты хоронишь себя раньше времени? Пристрели этого гада и… — Не получится, Дмилыч. Я знаю свои возможности и его. Шансов точно нет, а потому… Я бросил взгляд на свою перевязанную руку. — Не поможет, — покачал он головой. С характерным звуком на мой счет упали сто тысяч упсов от воина с позывным Кент. — Ты чего делаешь⁈ — Не ори, — тихо сказал он. — Мертвым деньги не нужны.

Глава 28 Шантаж

Глава 28 Шантаж

Шокирующее признание Кента, появление наглого десятника и самоубийственный вызов на поединок окончательно выбили меня из колеи. Наверняка при других обстоятельствах я бы действовал иначе, а так даже двинулся было прочь от дуэлянтов, мысленно проклиная бывшего боцмана. Однако стоило сделать несколько шагов, и меня словно обухом по голове долбануло: «Моего учителя сейчас будут убивать, а я это так и оставлю⁈» Повернул назад, но успел лишь услышать знакомую пальбу кольтов и увидеть, как десятник, не попав под град пуль, за секунду сократил дистанцию в тридцать шагов, метнул в учителя ядро на цепочке, а когда тот упал, произвел единственный выстрел в голову. — Я редко трачу патроны на людей, но твой наставник оказал мне мизерную услугу, — ухмыляясь, заявил он. — И все же, как воин он был слабаком. Стало совершенно понятно, что с этим самонадеянным типом мне не справиться, сколько ни ускоряйся, но как же хотелось стереть с этого самодовольного лица издевательскую улыбку! Он сейчас стоял над трупом моего учителя, должно же быть хоть какое-то уважение к погибшему⁈ «Дмилыч, что с кэпом? Он пропал с интерфейса. Это у вас стреляли?» — пришло сообщение от Ларики. «Оставайся на месте, это приказ. Сам к тебе приду, все объяснения потом» , — написал ей. «Только тебя еще тут не хватало!» — проскочила раздраженная мысль. Я не мог отвести взгляда от наставника. На моей памяти он умирал дважды, и оба раза тело затягивало зеленой пленкой, запуская процесс восстановления. Впрочем, времени на разглядывания тогда не было, наседали монстры. А сейчас… Вот он лежит — человек, ставший почти братом. А тварь, его убившая, торчит рядом. Щурит глаза из-под ковбойской шляпы и мерзко лыбится. Он явно чего-то ждал, поэтому я не выдержал и спросил: — И чего стоим? Могу я без свидетелей предать тело земле? — Через двадцать минут оно твое, ученик. Хотя, чего себя утруждать? Ночью приползут червячки и утилизируют в лучшем виде. Складывалось впечатление, что убийца наслаждался, говоря гадости. — Он был моим учителем, и мне решать, что лучше! Или что-то изменится за эти двадцать минут? — я опасался, что Ларика меня ослушается, и все равно придет. Не хотелось, чтобы она видела труп. — Сгинут все наноботы, способные вернуть тело к жизни — это и называется окончательная смерть. Вижу, паршиво тебя учили, если самых простых вещей не знаешь. «Да пошло оно все к чертовому дедушке! Этот гад изгаляется, а я буду стоять и…» — Я, ополченец с позывным Дмилыч, вызываю на поединок десятника с позывным Викт.