С одной стороны Совету всегда будет мало боевых кораблей, пушек, танков и самолётов. Производство всего этого лоббируют серьёзные группы в думах и в Совете, для них любые цены на ресурсы будут высокими.

Но с другой стороны высокие цены и хранение материалов стало большим бизнесом. Отдельных и слишком нелюбимых бояр думы сдадут, но далее Совет обороны замучается получать в думах особые разрешения. Бояре соберутся в кучки и не позволят рушить их бизнес, не дадут ценам пойти вниз.

Можно выйти из программы, просто заплатив налоги со строительства складов и с покупки ресурсов, что так же Совет полностью устраивает — все эти деньги особыми указами пойдут ему для покупки ресурсов на биржах. Но это ужасно непатриотично и невыгодно — всё придётся вывалить на рынок…

И я вообще без боярских прав, меня же первого и обнесут!

Так, без паники. Как пришло, пусть так же и уйдёт, я тут уже воюю на секундочку, а не просто обогащаюсь. Главное не мои активы, а чтоб страна вооружалась, и цены не падали — оно должно порадовать Европу. Подняв на отца Василия серьёзное лицо, я спросил:

— Сколько у нас могут забрать?

— Почти половину, — грустно вздохнул священник. — Мы ведь оптимизировали склады, так самые дешёвые условия хранения у металла, и цены растут быстрее всего. Правда, он занимает много места и тяжёлый.

Катя заметила:

— Часть можно вывести из программы Совета и передать прямо производителям под реальные контракты.

— Да, особенно танкостроителей следует обезопасить, — согласился я.

— Всего, что им нужно, у нас нет, — задумался отец Василий. — Можно поговорить с другими боярами.

— Обязательно освети это в «Московском еженедельнике», — сказал я Кате.

— Осветим, — серьёзно кивнула она. — Всё это ужасно патриотично.

— Но под месячные контракты мы пристроим небольшую часть металла, — возразил священник. — Производственники тоже думают и считают, что у нас нет выхода. Просто прямо сейчас ты их ещё держишь обязательствами, они должны ждать… э… изменений в твоей позиции.

— Изменений они ждут, — мрачно проговорил я и недобро ухмыльнулся. — Будут им изменения, — я повернулся к Кате. — Чему быть, того не миновать, сами пойдём навстречу. Мы отдадим Совету много металла. Только обязательно вместе со складами.

— Но в решении о складах ни слова! — заметил отец Василий.

— Дают — бери, — ласково улыбнулась Катя. — Возьмут, никуда не денутся. Особенно после статей в газете.

— Думаю, меня поддержат восторженные бояре, — сказал я серьёзно. — Первые откликнуться те, кто в списках Совета сверху. Будут им металлы.