Другие бароны считают войну неизбежной и ужасной, мечтают продать земли хоть кому-нибудь и удрать в Европу. Они тоже европейцы!

А если спросить простого человека?

Ну… это надо основательно обсудить с соседями. Подумать хорошо и снова обсудить. Тут нельзя спешить. Нужно думать…

И само собой не любить русских. Это уже традиция, единственное, что делает их северянами. Нужно помнить доблестных предков. Они заставили веками дрожать Европу. Целых три раза подходили аж к Пскову…

* * *

Бывали, конечно, и у Серёжи неоднозначные моменты. В понедельник с утра постучала в номер горничная и вручила телеграмму от Танечки. Тряской рукой он расписался и взял у шведки эти серые строчки. Прочитал:

«Дома всё хорошо. Жду и скучаю, Таня».

Сергей на три раза перечитал телеграмму, когда до него дошёл простой вопрос по-русски:

— Отвечать будете?

— Да! — кивнул он, наконец. — Записывай: «Скоро приеду. Тоже скучаю, Сергей».

Милая шведская женщина записала в журнале и ушла, а Сергей прикрыл за ней двери и присел на стульчик, переводя дух. Простое слово «телеграмма» напомнило ему про Артёмку. Этот паршивец ещё жив, значит и его жизнь продолжается…

Он ещё не в бегах, не арестован и не расстрелян!

Уф!

Значит, отдышался Серёжа и продолжил свой трудный путь. В целом он с нагрузками справлялся, только чуть не забыл про визу в Британию. В пятницу, проезжая мимо посольства, хлопнул себя по лбу и попросил очередного шведа ненадолго притормозить.

Англичане не подвели. Виза для решения частных дел в течение полугода была готова. Господин Жучирин мог ей воспользоваться в ближайший месяц. Ну, дольше, по прикидкам Сергея, Артём не продержится.

И вот настало воскресенье. Шведы тоже иногда отдыхали, и советы лёнов не работали. Серёжа первый раз на неделе заплатил за себя в ресторане, а потом задумался, чем же себя занять. Не просто так большинство туров сюда всего на неделю. Что можно дольше делать в этой Швеции? Особенно зимой!

Нет, ну не на лыжах же ему кататься. Для солидного господина это было бы слишком. Сергей просматривал местную прессу, пока не надоело. Потом всё-таки вспомнил, что он православный, и узнал у портье, где ближайший храм.

Специально прошёлся в церковь пешком, без спешки. Долго молился за себя и за Тёму. Потом столь же степенно вернулся в гостиницу, а там и время обеда. Посетил ресторан и прилёг в номере на диванчик. Решил поспать час или пару…

Разбудил его телефонный звонок. Помянув всех чертей, кому в воскресенье не отдыхается, Сергей встал и, разминая левой рукой лицо, правой снял трубку.

— Алё, — сказал он сонным голосом.