Тоже самое рекомендуется по всей простейшей номенклатуре: по металлу в слитках и простых изделиях, компонентам взрывчатых веществ, порохам, обработанному хлопку и шерсти, особенно по нефтепродуктам.

Гм. А где всё это хранить? Оно же требует недешёвых условий. Ага, вот запрос из Совета общей обороны. У княжеств накапливаются земли от выбывающих бояр и магов.

Несельскохозяйственные земли могут купить маги княжества с аукционов, но не ниже кадастровой стоимости. Учитывая, что маги и бояре не просто так выбывают, и самые лучшие куски отбирают победители, спрос на аукционах невелик.

Плюс к тому на новых землях арендаторам даётся год для переезда, а до этого нельзя даже повысить цену аренды. И вдобавок княжества накладывают свои ограничения на использование земли, если предприятие градообразующее. А сельскохозяйственные земли вообще нельзя переделать в производственные!

Княжества, конечно, награждают землями новых бояр за доблесть, и те начинают суетиться, вот только последнее время возникла напряжённость с главным — с доблестью.

И не то, что маги совсем не участвуют в конфликтах и не совершают подвиги. Участвуют и совершают, но тупо статистически недостаточно, а княжества не могут снижать боярскую планку.

Этим ребятам давно нужна большая война, и они решили приготовиться. На отдельных земельных участках, уже занесённых снегом, магам предлагается снег убрать и построить хранилища под такие-то вещи. За это со средств, что потратятся, не возьмут налог, и за аренду не будет взиматься плата. На первой строчке приоритетов нефть и нефтепродукты.

А этому решению в обед сто лет. Напишем Кате запрос, чтоб разобралась, как с этим обстоят дела сейчас. При благоприятных обстоятельствах это дело окупится уже поддержкой цен на нужном уровне. В перспективе Гардарике точно не помешает запас стратегических материалов в большой войне, в неизбежность которой я верю…

Ага, Катя пришла. Ну, это ещё не повод проявлять радость. Не поднимая головы, читаю её отчёт, благо, что ерунда осталась…

Открывается дверь в кабинет. Она делает два шага и говорит:

— Привет!

Вот теперь можно и радость проявить. Поднимаю серьёзное лицо от бумаг и расплываюсь в искренней улыбке:

— Привет!

* * *

Потом, конечно, все поздоровались, поболтали в гостиной и ужин. После ужина я степенно уселся в любимое кресло и спросил Катю, что она думает о статье Кости Гаева. На меня все посмотрели удивлённо, точно не считали, что я читаю «Московский еженедельник». А Катя сказала грустно:

— Ты ж пойми, что я так за тебя переживаю! Мне сразу позвонил редактор. Без моего одобрения там такое не напечатают. Но ведь я так переживаю!