Пять, десять секунд прошло. Ну же…

Синий огонёк. Проникатель переиграл местные компы. И теперь я получил доступ в коммуникационную сеть. Это значило, что я могу войти в любой канал связи на базе, активизировать любой СТ-фон, да так, что об этом никто не узнает. Короче, я мог ознакомиться с любым местом, где есть видеокамеры.

Я надел очки и вставил в ухо наушник. Ну, поехали…

Одна за другой возникали картинки. Они передавались камерами СТ-фонов, защитных и шпионских систем. Мрачные коридоры. Полумрак. Жилища местных обитателей — никаких удобств, никакой заботы о человеке — аскетизм на грани идиотизма, эдакие пеналы, предназначенные для хранения людей. Просторные помещения, украшенные символикой «буддоиндуистов» и «ночников».

Заполненные аппаратурой тесные комнатёнки — насколько я понял, все это железо предназначалась для волнового воздействия на психику.

Комфортабельные аппартаменты, ближе к роскошным, похожие на номера в отелях высокого класса — их было штук пятнадцать — это, видимо, и есть число высокопоставленных братьев, достигших высокой степени посвящения. Похожая на трапезную в самом запущенном монастыре столовая с устаревшим кухонным синтезатором — не похоже, что тут уделяли много внимания таинству гурманства. Нейроцентр — несколько «ночников» в окровавленных балахонах за пультами обеспечивали функционирование и безопасность своей обители. Поражала пустота. Явно народу здесь должно было быть немало. Жилой сектор по сравнению с тем, что имелось здесь в ракетно-ядерном прошлом, увеличился раз в двадцать. Но я насчитал человек пятнадцать — не больше.

— Куда же вы подевались, братья во сатане? — прошептал я.

Вскоре ответ на этот вопрос нашёлся.

Просторный зал был некогда командным пунктом базы. С тех пор его многократно расширили, и он стал эдаким клубом. Местом для общих встреч паствы. Сейчас здесь яблоку было некуда упасть. Здесь было не менее семисот-восьмисот «ночников».

По ним не было заметно, что они рады этому собранию. Как не было заметно и огорчения. Их лица вообще ничего не выражали. На первый взгляд. Присмотревшись, можно было различить на некоторых следы возбуждения, или усталости, или даже страха. Что-то человеческое всё-таки в них имелось, но только сглаженное, отошедшее куда-то на задний план. Отдельный человек не значил здесь ничего. Здесь имел значение единый порыв. И все терпеливо ждали именно его.

Здесь что-то готовилось. Что-то важное.

Следующая картинка — королевские апартаменты. Во всяком случае сперва мне показалось именно это. Помещение было обставлено с неуёмной вызывающей роскошью. Старинная мебель, зеркала. Всё это стоило бы не так дорого, будь оно изготовлено недавно. Но я готов поклясться, что мебель здесь была старинная, а вещи и картины подлинные. В наше время все влиятельные люди немного поворачиваются умом на старине, будь они хоть «мэром» Асгарда Чаевым, министром общественной стабильности Веденеевым или Ангелом Земного Воплощения Аграхамом Сокрушающим.