— А тебе не приходило в голову, что я пошлю тебя к чёрту. Да ещё разряжу в тебя ЭМ-обойму и вызову бригаду МОБСа — обеспечить тебе похороны. Насколько я знаю, тебя ищут уже много лет.

Я поднял пистолет. И почувствовал, как от Индейца начали растекаться ледяные флюиды страха. Но ни один мускул не дрогнул на его горбоносом лице.

— Ты не допускаешь, что я подстраховался на подобный случай? — усмехнулся он.

— А мне твоя страховка… — небрежно махнул я рукой. — Сам знаешь, что твои головорезы супротив меня.

— Стреляй. Глупее ничего не можешь придумать?

— Какая польза мне от тебя? Что ты мне можешь сказать, кроме сказок о падении нравов у Больших Кланов7

— Много чего. Для начала — ты слышал о «голубике»?

— Что это?

— Новый наркотик. Что он из себя представляет — никто не знает. Доступ к нему имеют лишь несколько «бешеных» — или отколовшихся от Кланов, или заработавших самую дрянную репутацию.

— Что за наркотик?

— Слухи лишь. Действие не похоже ни на что. Сейчас пойдёт грызня за обладание им. Между тем, мне кажется — многие проблемы проистекают именно от него.

— Подробнее.

— Пока не знаю. Сообщу, если что. Вот, — он вынул из кармана информпластинку и бросил на пол. — Код, по которому через «Глобаль-информ» можно связаться со мной. До свиданья.

— Пока…

* * *

Раннее утро. Торопиться мне некуда. Рандеву с Веденеевым назначено на одиннадцать. Всё-таки военная субординация вбивается намертво. Сколько лет я уже не сотрудник МОБСа, а все равно встреча с генералом льстит. Надо избавляться от подобных чувств. Сегодня я не подчинённый, а равноправный партнёр. И представитель Асгарда.

Я позавтракал на балконе, глядя на просыпающийся город, на замысловатые силуэты жилых зданий, на шпили колоколен и золотые луковки церквей и соборов, на гигантский шар иллюзор-видеодрома. Я ещё раз подумал, что люблю Москву. Несмотря ни на что, это мой город. И эта квартира всё-таки мой дом, а не одно из временных пристанищ. Что-то я потерял в Асгарде. Хотя, конечно, приобрёл неизмеримо больше. Эти потери, щемящие ностальгические чувства, сладкий плен воспоминаний мне очень дороги.

— СТ. Последние новости, — приказал я, заходя с балкона в комнату и устраиваясь поуютнее в кресле, которое нагло протирал вчера краснокожий незваный гость.

Часть стены провалилась. Демонстративно красивая дикторша была одета по последней моде сезона — одну её грудь пересекала золотистая лента, вторая открывалась во всей красе. На её голове возвышалось сооружение из волос в виде куба, расчерченное меняющими цвет и форму яркими змейками — тоже новинка сезона. Зубы выкрашены в ярко красный цвет, что делало её похожей на недавно позавтракавшую вампиршу.