— Я Тамара Коршунова, которую вы пришли спасти, мои хорошие, — продолжало звучать из кошки как из колонки. — Я жива, со мной все в порядке.
Наконец, все нашли источник звука и напрочь забыли и про шагоход, и про жандармов с палашами. Толпа начала смыкаться вокруг фонаря, на котором сидела Шпилька с открытым ртом.
— Меня… Меня… Илья Тимофеевич можно?
Следом раздался какой-то трубный звук, будто кто-то выбивал нос.
— Ой, спасибо… Меня спас Илья Тимофеевич Марлинский! И мы пока в жандармерии, но вот-вот выйдем. Прошу вас, расходитесь. Идите домой. Не нарывайтесь на неприятности. Очень плохо будет, если кто-нибудь погибнет из-за меня. Брат! Яр! Помоги им разойтись. Повторяю, я жива, и со мной все нормально. Вы все молодцы!
* * *
— … идите домой! Идите домой! — повторяла Тома, а потом отстранила мою руку. — Думаю, достаточно.
Я посмотрел в окно. Народ действительно начал редеть.
— И хорошо, — кивнул я и улыбнулся девушке. — Маленькая, но победа.
Не думаю, что уйдут все. Самая активная часть останется, чтобы дождаться нашего с Томой выхода. Мы и не будем задерживаться.
— Илья Тимофеевич, — сказала она, и сделала такое движение, будто попыталась обнять меня, но сдержалась. — Но что мы будем делать дальше?
— Свалим отсюда, да и все. С тобой же все хорошо?
— Не уверена, — ответила Тома и обняла себя за плечи. Ее еще била дрожь. — Но я справлюсь.
И она с сомнением посмотрела на дверь.
— Вы думаете, нам дадут уйти после всего, что случилось? — тихонько проговорила она.
— Пусть попробуют мне помешать, — сказал я, и уже хотел направиться к выходу, как телефон на рабочем столе громко зазвонил.
Я остановился. А вдруг?..
— Минуточку, — сказал я и взял трубку. — Алло…
— Илья Тимофеевич⁈ — заговорили на «проводе» голосом Вернера. — Вы уже и тут наследить успели? Поздравляю! Газеты и радио завтра сделают вас героем дня!
— Добрый день, Альберт Борисович, — вздохнул я. — Да, я заезжал за подругой…
Нет, одно из двух — либо у него реально по всему городу жучки, либо он сам незримо присутствует в каждой комнате как какой-нибудь… Призрак?
Что, в принципе, одно и то же.
— И как? Как успехи⁈ Вы же о Тамаре Коршуновой, которую обвинили в нападении на дом Ленских?
Блин, и откуда он узнал? Хотя глупый вопрос.
— Как хорошо, что вы ее вытащили, Илья Тимофеевич! — продолжил болтать Вернер. — Передайте ее в руки родных и срочно в ШИИР! Вас там уже заждались! Ах да, передайте трубочку, пожалуйста, Штерну. Он как раз стоит в коридоре и подслушивает, каналья! ШТЕРН! ХВАТИТ СИДЕТЬ ПОД ДВЕРЬЮ! ШТЕЕЕЕЕРН!
Вдруг из коридора и вправду что-то дрогнуло, но быстро затихло. Подхватив телефон, я подошел к выходу и аккуратно выглянул.