Блондин невозмутимо вытаращился на неё голубыми глазами и простодушно похлопал ресничками.

— Ты классный, — со вздохом признала рыжая. — Тогда в тебя даже влюбилась, только потому и дала. Но давай эту тему закроем раз и навсегда: то, что было на пикнике, там и осталось и больше не повторится. Я замуж хочу! — она вопросительно подняла подбородок и правую бровь, пристально глядя на Ржевского.

— ВОПРОСОВ БОЛЬШЕ НЕ ИМЕЮ! СВЯТОЕ ДЕЛО! — кротко и стремительно смирился кое-кто. — Наступаю на горло собственной песне, — шмыгнул носом блондин, затем добавил нормальным тоном. — Блин, ну вот скажи, засада⁈ С такой девкой! — он ткнул пальцем в направлении того места, где левая и правая ноги рыжей соединялись вместе. — В одном спальном мешке! Без ограничений! И хоть бы фрагмент памяти! Идиот, — добавил он и зло треснул себя по голове кулаком. — Хоть бы имя твоё помнил! Вот же козёл, а⁈

Возмущение в его голосе было настолько искренним, что рыжая развеселилась, словно смотрела в театре комедию:

— Дим, возвращаясь к твоему вопросу. Тебе-которому отвечать? Ржевскому или Страхову?

— Второе, — осторожно предложил товарищ.

— Сделай вид, что не видел ничего — и целее будешь, — не замедлила с ответом правоохранительница. — Ржевский в той ситуации ещё может права покачать, но бывший мастеровой Демидовых… Кроме проблем на задницу ничего не добьётся. Кстати, я Настя, — она иронично наклонила голову к плечу.

— Очень приятно. — Во взгляде партнёра по миссии мелькнула сложная смесь узнавания, надежды, досады, разочарования и чего-то невысказанного. — ТАК ТЫ НАСТЕНЬКА⁈

— Угу, — весело тряхнула волосами рыжая. — Сподобился, слава тебе, господи.

— Вот это да. Вот это поворот. — Взгляд «Страхова» расфокусировался, лицо неожиданно погрустнело. — Так получается, это я тебя всё время вспоминаю! Получается, это мне с тобой хорошо настолько было, что!..

— Что имени и лица не запомнил, — фыркнула сотрудница полиции. — Ржевский, давай так! Ты классный, общаемся дальше нормально. Про твои дела и чужие документы я даже не спрашиваю, заценил?

— Угу.

— … Но про свой хобот во мне забудь раз и навсегда! Или поссоримся. Уловил?

— Увы, — из-за невысказанной горечи во взгляде напарника плакать вместе с ним захотелось даже наблюдая происходящее через пуговицу.

— Ещё вопросы есть по амулетам? Ты из-за этой таможни, что ли, сюда ехал⁈

— Есть вопросы. — Ржевский вынырнул из невесёлых размышлений и продолжил. — А что будет, если Серёжа Страхов не согласится забыть? Если он официальное заявление напишет о том, что видел? Дальше хоть и тебе подаст или кому ещё в полицию? Вы же его зарегистрировать обязаны?