— Маме с одноруким работы на полчаса, — кивнула Наджиб. — Как раз хватит, чтоб обойти по периметру, проверить защиту и полюбоваться зданием.
— А потом что? — уточнила Наталья, бросающая заинтересованные взгляды на ведущееся выше пятого яруса строительство.
— Потом — в Столицу, — хлопнул в ладоши Дмитрий. — На наши два выкупленных этажа в пентхаусе. Их как раз оформлять закончили, попробую сразу на вас переписать.
— Чтоб от обязательной конфискации уклониться? — загорелась догадкой Виктория. — Думаешь, может прокатить?
— Посмотрим, — уклончиво ответил супруг. — Чем чёрт не шутит… Оттуда я, Шу и Ариса в Троицу на четверть часа повторно сходим: стрелка отца Шурика надо со второй попытки брать.
— Без нас? — Наталья на ровном месте обиделась.
— Без. Конкретно ты в это время будешь свой пентхаус от фискалов оборонять! — веско заявил блондин. — Если я хоть что-то в государевой налоговой службе понимаю. Опять же, бал наследников на носу: тебе собираться и собираться!
— Вообще-то, княгинь Империи с тех этажей действительно сложнее вышибить, чем Ржевского, — Наталья со значением посмотрела на сестру. — Если и правда на нас всё будет оформлено.
— Будет, — лаконично кивнул Дмитрий.
Глава 17 (разбил 2 сегодн.главы на 3)
Интерлюдия.
Город Сота, Золотой Квадрат. Сорок пятый этаж небоскрёба Шереметьевых.
— Обскакали нас, — один из трёх мужчин выбил барабанную дробь ногтями по столешнице. — Моё мнение: сходим с дистанции, так будет лучше.
Все, не сговариваясь, посмотрели в огромное панорамное окно, начинавшееся от пола и упиравшееся в потолок.
Внизу, на два участка южнее, в имении Ржевских смешно возились муравьи — какие-то узкоглазые строители, работавшие сутками без перерыва. Возведённое ими грандиозным не выглядело, скорее даже наоборот — но лишь пока.
Присутствующие понимали в нюансах и оценить темп работы наёмных чужаков были в состоянии.
— Защита на его имении уже стоит, артефактная, близкая к стандарту, — ответил на никем не заданный вопрос брюнет лет сорока. — Теперь вломиться будет сложнее, хотя и по-прежнему возможно. Другое дело, зачем.
— Именно. Можно подумать, мы в первый раз многого добились, — вздохнул единственный в комнате старик.
— Да кто подумать мог, дядя⁈ — второй человек, возрастом чуть моложе первого, разгоряченно привстал, чтобы тут же сесть на место под тяжёлым взглядом патриарха.
— Я тебя не обвиняю и ярлыков не вешаю, — ещё раз вздохнул глава рода. — Просто по-стариковски пытаюсь понять, что у нас не так пошло. И когда.
— Хаос. Элемент случайности. — Сын по-прежнему барабанил пальцами по столу. — Ржевский — это воплощение хаоса, если изображать графически.