Следующие пару секунд всеобщее молчание можно было нарезать ножом, если бы у кого-то возникло желание.
Веретенников лихорадочно считал варианты — это прямо отражалось на его лице. Он отбросил все сомнения и приличия и сейчас очень напряжённо размышлял.
— Чего замерли? — тем временем Ржевский с равнодушным видом обратился к сектору жандармов и прокурорских. — Вы ж сами законники, Основной Закон Державы с закрытыми глазами помнить должны: его даже детишки малые в школе классе в третьем на память заучивают.
Глава 4
Ариса Накасонэ, клан Накасонэ. Выпускница одного малоизвестного учебного заведения в Киото, Япония. Односторонний сигнал от амулета Ржевского принимается через маго-техно мост Мицубиси благодаря шлюзу Изначальной Шу Норимацу.
Если бы её кто-то спросил, японка сказала бы, что это самая странная вербовка за всю историю соглядатайства. Одноразовая, за большие деньги, очень высокого уровня — но исполненная прилюдно.
Однако граничащая с сюрреализмом затея напарника по миссии сейчас успешно пожинала свои плоды: судья Веретенников как та пресловутая рыба в реке уверенно заглотил наживку и осознанно двигался в нужном направлении.
— Ржевский, я ведь тебе сказал один раз: не забывайся. — Со скамейки прокурорских подал голос сорокалетний крепыш, который уже пытался делать многозначительные тонкие намёки.
— А кто ты такой, придурок? — свидетель защиты спокойно повернулся к прокурору. — Чтоб МНЕ советы давать?
Обладатель синего мундира принялся открывать рот, но потомок гусара продолжил, повышая голос:
— Ты, мразь тлетворная, молоко сперва с губ оботри. Ну или что там у тебя к ним прилипло, а-га-га… Ой. Простите, дамы! — блондин изобразил снятие с головы несуществующей шляпы и шутовски раскланялся на все стороны. — Не смогу мысль завершить, — ласково улыбнулся он прокурору. — Женщины вокруг, мне перед ними неудобно. В общем, ты же понял, да?
Ариса налила себе в чашку чаю, наблюдая за происходящим через маго-канал. Становилось понятным, почему фамилию напарника государственные служащие никогда не любили на всех уровнях.
— Ржевский… — крепыш побледнел и с каменным лицом принялся вставать со скамьи.
— Ой, закройся, бога ради! — отмахнулся выходец из Соты. — Не шестери, твоего патрона здесь всё равно нет. Плюс когда пасть открываешь, неимоверная вонь поднимается; ты чё, говна поел перед тем, как сюда идти? — кое-кто заботливо наклонил голову к плечу. — Или утречком зубки почистить запамятовал? После вчерашнего?
— Дмитрий Иванович! — дробно захихикал со своего места судья. — Вы бы поосторожнее в выражениях! Здесь дамы.