— Господа, мы быстро! — бросила она слегка ошалевшим правоохранителям. — Как говорит муж, чпок — и ага! В смысле, раз — и готово.
Что-то прочла в головах прокурорских, сообразила Накасонэ. Пока, правда, непонятно, что именно.
Глава 10
Ариса Накасонэ, клан Накасонэ. Выпускница одного малоизвестного учебного заведения в Киото, Япония. Односторонний сигнал от амулета Ржевского принимается через маго-техно мост Мицубиси благодаря шлюзу Изначальной Соты Шу Норимацу.
— Ой! Дима, что ты творишь⁈ — оказавшись с мужем наедине, менталистка от удивления вздрогнула.
Потому что кое-чьи проворные руки мгновенно перешли к делу, невзирая на табуны людей за занавеской.
— Ты же сама обещала прокурорским! — Ржевский разволновался и с торопливым энтузиазмом ускорился. — Чпок — и ага! Раз — и готово! В том смысле, что мы быстро. Иди сюда ближе… Да не дёргайся ты! Да, вот так стань. Вот так вообще идеально…
— Я вообще-то тебя поговорить сюда тащила, — задумчиво пояснила Наджиб, косясь на собеседника назад через плечо. — По важной, как ты догадался, причине. А не за вот этим вот всем.
— Ой, что же ты раньше не сказала! — как-то слишком быстро и чересчур искренне посокрушался супруг, чьи пальцы так и порхали по чужой одежде (хотя, казалось, живее уже некуда). — Я б так не торопился процесс начать! — физиономия блондина стала подчёркнуто озабоченной. — А теперь уже что, дело надо завершать! Если сейчас не ага, то получится, ты своё слово нарушаешь. — В глазах потомка гусара под влиянием возвышенных нравственных императивов проступила суровая уверенность в правоте совершаемого. — Мы должны выполнять то, что другим говорим! — заявил он с непоколебимой решимостью, заканчивая расправляться с непослушной застёжкой чужих брюк и решительно спуская штаны менталистки одним движением сразу до её колен. — Придётся напрягаться, но что уж теперь поделаешь, — сочувствия к самому себе в его голосе было хоть отбавляй. — Легенду надо соблюдать, это я тебе как профессионал говорю! — Ржевский не сдержался и стрельнул глазами, отслеживая реакцию жены.
— Хитрая, пользующаяся моментом, эгоистичная и похотливая…, — констатировала Мадина. — Хм. Слушай, хотела сказать сволочь! Но нет: законный муж, в своём праве. Чёрт, и как же тебя теперь обозвать? В голову как назло ничего искромётного не приходит. — Она добросовестно удивилась собственным словам. — И ведь женился честь по чести, хм ещё раз; как обещал. Чудны дела твои, господи: самого Ржевского похотливой сволочью теперь без натяжки не обругаешь.
— Это опять была моя фраза! — потомок гусара отчего-то здорово разволновался, теперь уже по-настоящему. — Слушай, я не в первый раз замечаю: ты регулярно говоришь те слова, которые я только думаю, но вслух не озвучиваю!