Товарищи правоохранителя схватили его вчетвером, лишая подвижности и жёстко вырывая из рук оружие.

Присутствовавшие на заседании зеваки опасливо шарахнулись в стороны.

— Ваша Честь, прошу меня извинить. — Подполковник поднялся и коротко поклонился. — Корпус не будет терпеть подобного, — он зло махнул рукой в сторону блондина. — Ржевский! Это вызов на дуэль! Ты нас хорошо слышишь⁈

— Да слышу, слышу, — презрительно отмахнулся маргинал ещё раз. — Не ори, как в жопу ужаленный.

— И от меня тоже вызов! Если выживешь после первой дуэли, тебя проткну я! — старший офицер предсказуемо закусил удила после такого.

— Х** тебе в сраку, чтобы голова не качалась! — удивился выходец из армейского сословия. — Ты сейчас доп*здишься, мудила! Вы у меня сейчас эти шашки своими жопами жрать будете, если не уймётесь! Проткнёт он меня. Слова подбирай, козляра!

На мгновение в зале повисла тягучая липкая тишина.

Блондин хозяйственно затянул шнуровку на первом мешке, глухо бухнул на конторку трибуны свой рюкзак и решительно засобирался вниз, в сторону прохода, ведущего к жандармам. Он на ходу засучивал рукава.

— А ну порядок в зале! — рассвирепел тем временем судья. — Закон для всех один! В кандалах в Сибирь поедете, в шахте кирками тарахтеть! — обращался он почему-то исключительно к представителям третьего отделения.

В принципе, если владеть обстановкой (а жандармы ею владели), то ничего удивительного.

Веретенников брал всегда, ото всех. Брал благодарностями, обязательствами, ценностями, деньгами. К его рукам прилипло столько, что последнее время в кулуарах начали спорить: останется на должности? Или куда-нибудь свалит, упреждая месть любой из обиженных сторон? Среди задетых им семейств хватало и могущественных лиц.

К примеру, ходили слухи, судья даже в конфликтах между наследниками престола отметился: вынес в чью-то пользу решение по поводу аффилированных компаний (разумеется, те были записаны на подставные лица, но бенефициар же от этого не меняется).

Веретенников недоброжелателей на всех уровнях накопил, может однажды и до дома с работы не дойти, поговаривали коллеги и завсегдатаи высшего света.

— Требую соблюдения дворянского уложения, — хмуро набычился подполковник.

Он исподлобья глядел на приближающихся судебных магов и явно не собирался уступать, когда те подойдут вплотную.

— Ваша Честь, секундный перерыв. — Ржевский, подчиняясь знаку судьи, сложил руки в просительном жесте нехотя вернулся на трибуну. — Эй, полуполковник! Я принимаю ваш вызов, только не на тех консервных ножах! — он в очередной раз глумливо хохотнул и ткнул пальцем в направлении жандармских портупей. — Дистанция триста пятьдесят, оружие — кавалерийские карабины! Три патрона в магазине!