Это была ещё одна очень странная вербовка в исполнении напарника по миссии.

Ариса стояла у окна, повернувшись к остальным спиной, и смотрела на город. Её тоже учили, учили неплохо, но Дмитрий сейчас всё проворачивал, говоря по-русски, против шерсти.

— Успокойся и сядь на место. — Не опустивший несмотря ни на что стволов даже на секунду, он без одежды выглядел бы смешно, если бы не был столь невозмутимо серьёзен. — Нам надо поговорить.

Так не делается! Из сложившегося положения канонических вариантов развития ровно два!

Первый — придушить магессу, имеющую отношение к Конклаву. Как только что оказалось, под личиной не такой уж и мелкой служащей Первого банка совмещала несколько занятий весьма непростая персона.

Перед этим из неё можно всё вытрясти благодаря собственной высокоранговой менталистке. Да, порталы в банке заблокированы, Наджиб по щучьему велению не призовёшь, но Изначальный что-нибудь придумать в состоянии. В собственном-то городе.

Второй вариант. Да тупо трахнуть для начала вполне себе пристойную тёлку, как она сама того требует! Тем более что с репутацией и легендой наследника Ржевских подобное полностью согласовывалось бы!

После первого этапа второго варианта — переход на следующую ступень, манипуляция через эмоциональные привязки.

Лариса Санина (видно невооруженным глазом) достаточно не по-детски увлечена одним лопоухим голубоглазым блондином с носом картошкой.

А если женщина этого народа любит или хотя бы думает, что любит, из неё можно вить верёвки. Бесконечно долго, бесконечно длинные — вывод из данной миссии шиноби вынесла прочно. Хоть и Анастасию Барсукову в качестве примера вспомнить.

Партнёр же пошёл непонятным третьим путём.

— Ты жив⁈ — банкирша, перепуганная собственным действием, вопреки сказанному ринулась вперёд, к лежащему под стеной собеседнику. — Дима, ты жив⁈ Извини, я не хотела! Клянусь!

Бухнувшись на колени, в таком положении она проехала последние полтора метра, чтобы упереться весьма достойной грудью в нос потомка одиозного кавалериста.

— На стул пожалуйста вернись. — Холодно отреагировал Ржевский, даже на долю миллиметра не меняя прицел правого ствола.

Левым он для иллюстрации покачал перед носом достаточно аппетитной тёлки.

А через мгновение Санина разрыдалась. Накрывая немелкими сиськами первый пистолет, абсолютно не страшась выстрела, она уткнулась лбом в плечо блондина и завыла навзрыд, время от времени сотрясаясь в судорогах.

— Я-я-я… н-не… х-хоте… л-ла…

В семейном женском чате с лёгкой подачи безбашенной аль-Футаим тут же образовался тотализатор: вые*ет или не вые*ет.