Потому что Алесию, после возвращения домой, долго и мучительно выворачивало наизнанку, а сейчас она и вовсе, кажется, спала. Оставалось надеяться, что раствор, которым успела надышаться мачеха — не ядовит. И что Сомертону сейчас гораздо хуже.

Лианна хмуро взглянула на иглу, которую держала в руках. Вышивание и без того не способствовало терпению, а в таком состоянии вовсе превращалось в пытку. Нить закручивалась и путалась после первых же стежков. Приходилось вытягивать ее и начинать заново.

Однако привычка, выработанная с детства, была сильнее собственных чувств. Из памяти уже стерлись голос и лицо эйсы Оливии, но ее монотонные наставления девушка помнила до сих пор.

И одно из них — благородная леди не должна поддаваться праздности. Если выдалось свободное время — лучше провести его с иглой в руках.

Ощутив внезапный приступ раздражения, Лианна швырнула вышивку на подоконник.

— А может я не хочу? — выдохнула она в сердцах. — Какой толк быть добропорядочной леди, если я даже не могу отличить хороших людей от дурных? И никакая вышивка не поможет мне счастливо выйти замуж, если рядом крутятся только такие личности, как граф Сомертон или… виконт Ормс.

Впрочем, даже Джер лучше, чем означенный граф. Он хотя бы честно говорит гадости в лицо и от него понятно чего ожидать. А Сомертон слизняк, так что средство от гадов пришлось очень кстати.

В дверь тихо поскреблись и на пороге появилась одна из служанок.

— Госпожа, вы просили предупредить, когда вернутся его сиятельство.

Девушка сжала пальцы. Просила. Лучше уж сразу рассказать о произошедшем отцу, чем ломать голову — в каком виде дойдут до него слухи? Или подождать, пока это сделает Алесия?

Соблазн поступить именно так был велик. Но ведь не Алесия опрокинула отраву на голову «благородного» графа. Нет, за свои поступки надо отвечать самой.

— Спасибо, Гана.

* * *

Пожалуй, дверь в отцовский кабинет была единственной, стучать в которую не имело смысла. Старинная, очень толстая, она все равно не пропускала звук. Поэтому Лия просто потянула ручку на себя и заглянула в образовавшуюся щель.

— Не помешаю?

— Проходи.

Отец стоял у окна, просматривая какие-то бумаги. И только закончив, поднял на нее глаза. Лицо его оставалось серьезным, однако в уголках глаз появились едва заметные морщинки.

— Я подозревал, что ты прибежишь первая. Кто еще все детство грезил зимней охотой? Что ж, могу тебя обрадовать, в этом году она действительно пройдет в нашем замке.

Лианна постаралась улыбнуться как можно радостнее. Хотя единственное, что ее привлекало сейчас в этом мероприятии — возможность покинуть столицу.